Читаем Дом полностью

Психоаналитики замечали, что по-английски слово «остров», island, произносится как «I land», буквально «земля моего Я», «территория моего Я». В литературе остров был еще со времен античности метафорой человеческой психики и наделялся высокими добродетелями – средоточие всевозможных утопий, идиллической природы, рай на земле, защита и опора, место самых созидательных опытов. Вот почему острова всегда жили в мечтах.

Жизнь Х не была особо сложна, одиссеей ее не назовешь, но, по крайней мере, остров сохранил для нее ту же притягательность, что Итака, к которой стремился герой Гомера. Одна в ночи, она спрашивала себя, есть ли женский род от Улисса. Она понятия не имела. Этот вопрос вызвал у нее улыбку. Что же, этот остров, это прибежище, сама ли она его в конечном счете выбрала, или ее привели сюда, случай ли, судьба ли – то, что в старину называли богами? Как знать? Она вернулась, это было словно символическое возвращение в матричный мир, и ее переполнял покой.

Обычно днем, если смотреть с острова на континент, он то появлялся, то исчезал, в зависимости от времени года, тумана, света, часа. В один и тот же день можно было увидеть его многократно, и каждый раз он таял на глазах. Тот же феномен наблюдался и с континента, если смотреть на остров: он появлялся, порой очень отчетливо, и скрывался в тумане несколько раз в день. В эту ночь из своего дома на вершине утеса Х, блуждая взглядом по морю и по небу, отметила, что не видит континента. Тьма покрыла его, впитала полностью. Его огни утонули во тьме. Он исчез.

Х – мало что об этом знавшая – вдруг подумала о тектонических сдвигах, этих чудовищных силах, которые в масштабе геологических эпох – миллионы лет – подтачивали землю, неминуемо обрекая части суши сталкиваться между собой. Отделяя куски от континентов, эти всевластные силы создали остров, все острова: если только он не вулканический – а извержение по силе, пожалуй, даже превосходит сдвиг, – остров неизбежно является результатом разлома, разрыва, разлуки. И острова – они дрейфуют. Х не удавалось вставить собственную историю в эту геологическую эволюцию, слишком разные были временные масштабы. Сей же час – час глубокой ночи – она наслаждалась свежим воздухом и всеми прелестями острова.

* * *

Драма произошла назавтра после этой экстатической ночи. Занятая хлопотами по обустройству, Х была в доме одна. Вдруг – взрыв. По крайней мере, Х показалось, что она услышала взрыв. Оглушительный хлопок, теракт, бомба. И следом другой звук, тоже оглушительный: шум воды под большим напором дополнил изначальный big bang. Установленный несколько часов назад бойлер разлетелся вдребезги. Вода залила все. Полы и стены, свежую краску, дерево, мебель, ковры, электропроводку. Все затопило, уровень поднялся уже на несколько сантиметров, а поток не иссякал. Подсобное помещение за кухней выплевывало литры, десятки, сотни литров воды. Вода лилась с потолка, где проходили трубы от бойлера. Вода бежала по полу, стекала с деревянных стен, пропитывала диваны, заливала шкафы, промочила одежду, кровати, постель. Катастрофа.

К этим разрушительным потокам Х добавила еще несколько децилитров: она заплакала. Ни на какую другую реакцию она была неспособна. Ничего не понимая в гидротехнике, она не знала, где мог располагаться вентиль, чтобы перекрыть воду, – если таковой вообще существовал, об этом она тоже понятия не имела. Она промокла с головы до ног, оглохла от грохота хлеставшей из труб воды. Была раздавлена ее объемами и масштабом события. И не в состоянии принять какое-либо решение. Что делать? Она была убита, уничтожена. Села на порог прямо в воду и плакала, пока не кончились слезы. Все рухнуло. Спустя несколько долгих минут ей пришло в голову позвонить Роберу. Позвать его на помощь. Он должен знать, как перекрыть воду. Почему это случилось. Он придет. Пресечет ущерб, остановит эти водопады, эти потоки, разрушающие ее дом. Где же ее телефон? Утонул, как и все остальное. Испорчен. Не работает. Придется менять, как и все остальное. Как связаться с Робером? Х промокла насквозь, ее одежду пропитала вся вода острова.

Х отправилась на машине. Никто не знал, где Робер. Она трижды объехала остров, пока не нашла его. Неотступно думая обо всей этой воде, которая тем временем под высоким напором губит дело ее жизни.

Наконец Робер пришел, перекрыл воду и в воцарившейся тишине смог оценить убытки: сотни часов работы – его работы – псу под хвост, все погибло, все надо переделывать. Весь дом полон воды, переделывать действительно надо было буквально все.