Среди расходов — оплата фотографических принадлежностей, открытки, конверты, кофе, портнихи. «Мы очень весело жили в то лето», — вспоминала в 1992 году Анастасия Цветаева.

В октябре и ноябре 1917-го Марина дважды ездила из Москвы в Крым, надеясь провести зиму с детьми (Ариадной и Ириной) в Феодосии.

В книгу стихов «Лебединый стан» она включила два стихотворения, написанных в Феодосии в 1917 году.

Под стихотворением Цветаева пишет: «Феодосия, последние дни Октября. (Птицы были — пьяные)».

Памятник Александру III сбросили именно в те дни, в чем, кстати, участвовал и феодосийский гимназист Яша Цвибак.

Второе феодосийское стихотворение из «Лебединого стана» рисует город, обезумевший в надвигающемся хаосе:

В Феодосии и окрестностях с 1917 по 1921 годы жила Анастасия Цветаева с сыном. После революции Анастасия Ивановна служила в Наробразе, организовывала в Феодосии народные читальни. Сейчас в доме, где она некоторое время снимала квартиру, находится «Музей сестер Цветаевых».

Поездки Марины Цветаевой в переполненных вагонах с октября 1917-го были невероятно трудными. Она записывает: «2 ½ суток — ни куска хлеба, ни глотка воды. Солдаты приносят газеты — на розовой бумаге. Кремль и все памятники взорваны… 16 000 убитых… Читаю. Курю. — Можно ли въехать в Москву?»

Вероятно, в ноябре, во время второго приезда в Феодосию, Цветаева побывала в Отузах (ныне — поселок Щебетовка). Она записывает: «Кофейня в Отузах. (На стенах: большевистские воззвания… позы татар. Лунные сумерки. Мечеть. Стадо коров. Девочка в малиновом до полу платье. Кисеты. Благородство древних рас».

Вернуться в Крым поэту больше не довелось. О Феодосии и море у берегов Коктебеля Марина с Алей часто вспоминали голодной московской зимой 1919 года. Трудно переоценить то, что обрела в Крыму Цветаева. Знакомство с Сергеем Эфроном, дружба с Максимилианом Волошиным и Константином Богаевским. Сад Редлихов высоко над городом, буйство весенней природы в Феодосии. Пушкинские тропы Аю-Дага. Жаркие летние месяцы в Коктебеле. И сотни прекрасных стихотворений.

«Ночь. Норд-ост…»

Феодосийская осень 1917 года в стихах и письмах Марины Цветаевой

Из дневниковых записей и писем Марины Цветаевой известно, что осенью 1917 года она дважды приезжала в Феодосию. Первый раз в конце октября, поддержать сестру Анастасию, потерявшую летом того года мужа и сына.

Оставив в Москве пятилетнюю дочь Ариадну и новорожденную, пятимесячную Ирину, Цветаева приехала в Феодосию и поселилась в доме, который снимала на Карантинной улице Анастасия. Отсюда в Москву написаны длинные, подробные письма о встречах сестер с другом и учителем М. А. Волошина — Александрой Михайловной Петровой, о посещении литературно-художественного общества «Хлам».

19 октября в письме Сергею Эфрону в Москву Цветаева пишет: «Все дни выпускают вино. Город насквозь пропах… Одни богатеют, другие баснословно разоряются (вино). У одного старика выпустили единственную бочку, которую берег уже 30 лет и хотел доберечь до совершеннолетия внука. Он плакал…»

25 октября (по старому стилю), вероятно, еще не зная о свершившемся перевороте, Цветаева пишет Эфрону в Москву: «Вчера мы были у Александры Михайловны. Она совсем старушка, вся ссохлась, сморщилась, одни кости. Легкое, милое приведение. <…> Я говорила ей стихи. — „Ваши генералы 12 года — пророчество! Не даром я их так любила“, — сказала она. У этой женщины большое чутье, большая душа».

В начале ноября Цветаева уезжает в Москву, но уже 10 ноября приезжает в Коктебель с мужем. 12 ноября Волошин писал А. М. Петровой: «Третьего дня неожиданно приехала Марина и Сережей с массой рассказов о московских днях».