Читаем Дохлая луна полностью

Дохлая луна

Вадим Габриэлевич Шершеневич , Владимир Владимирович Маяковский , Давид Давидович Бурлюк , Велимир Хлебников , Василий Васильевич Каменский

Я имел трех женКаждая из них была ревниваМеч вышел из ноженВетер узкого заливаБыла бела как солнце грудьЛуга покрыты боярышникомНу же скорее принудьВстать сих боярышень-комНебо казалось синим озеромСветило белой лодкоюИзмерялось время мозеромЧасы заполнялись молодкоюИз узкого тонкого горлышкаКапало оно слезкамиВсе принималось за вздорЛишь казалось памятно повозками

«Он жил избушке низкой…»

Op. 50.11.

Он жил избушке низкойИ день и ночьА облака пурпуровою низкойБежали прочьОн закрывал причудливо словамиПровалы дняИ ближние качали головамиНа меняТогда он построил дворецИ прогнал всех прочьВысился грузно телецСозерцая ночьДлились рукоплесканьяТекла толпаКакие-то сказаньяВились у столпаДворец стал его ГолгофойКто же был пилатомКто стучался «Однобровой»К его латамТы заковался в эти латыНеспростаСудьба. Судьба куда вела тыЕго с постаСудьба Судьба кому сказалаТы первый час.Что опустела залаИ умер газ

«Трикляты дни где мертвою спиною…»

Op. 53.

Трикляты дни где мертвою спиноюБыл поднят мыслей этих скорбный грузГде цели были названы виноюШары катимые пред горла лузМолчите!!! станьте на колениПророки облака века небес беззубых бурные ступениИ паровоз гигант и шумная река!!

«У кровати докторов…»

Op. 54.

У кровати докторовСлышим сдержанное пеньеВетир далекий поведеньеИзветшалый дряхлый ровНаступает передышкаМнет подушка вялый бокТряска злоба и одышкаЗакисает желобокЗа окном плетется странникМоет дождь порог армякЗасосал его предбанникВесь раскис размякИ с улыбкою продажнойСел на изголовье тучКузов-радость-солнце-важнойГрязью бросивши онучЗа его кривой спиноюУмещусь я как нибудьОвеваем сединоюИзрубивши камнем грудь.

«Мы бросали мертвецов…»

Op. 56.

Мы бросали мертвецовВ деревянные гробаИзнывающих льстецовБестолковая гурьбаТак проклятьеЗа проклятьемТак заклятье за заклятьемМы услышали тогда…Звезды глянули игривоЗакипело гроба пивоТам тоскаВсегдаНаши души были грядыМы взошли крутой толпоюРазноцветные нарядыГолубому водопоюБесконечной чередоюЗастывая у перилМы смотрели как водоюУносился кровный илТак забвенье наслажденьеУложенье повеленьеИсчезало в тот же мигИ забавное рожденьеОправданье навожденьеГибло золотом ковриг.

«Солнце каторжник тележкой…»

Op. 57.

Солнце каторжник тележкой.Беспокойною стучитЭтой жгучею усмешкойОзаряя видСолнце плут взломав окошко —Тянет мой зеленый лук.Из наивного лукошкаСтрелок острый пукСолнце песенник прилежныйОн повсюду вдруг завылИ покров зимы ночлежнойУдалил сияньем крылСолнце царственник земельныйЛьет в глаза темня их кровьОгнь лучей забеспредельныйОзарений дол и ров.

Перейти на страницу: