Читаем Добыча тигра полностью

Он чуть не сбился со счета. Боль накатывала волнами, одна за другой, так быстро, что они сливались в единый миг агонии. Кроуфорд отбросил всякое притворство дисциплинированности - это была жестокая и неконтролируемая порка, как будто он хотел раздавить каждую косточку в теле Кристофера.

Но Кристофер заставил себя продолжать считать. Сквозь агонию Он считал каждый удар. Именно так он пережил избиение от своего отца, и именно так он пережил это, черпая силы из того количества, которое ему пришлось пережить. Подсчитывать удары в какой-нибудь воображаемой бухгалтерской книге, чтобы однажды их погасить с процентами. До тех пор, пока он сможет их пронумеровать, он их переживет.

Удары становились все слабее. Кроуфорд взмахнул рукой с нескрываемой яростью, но он уже устал. Он выронил веревку, конец которой был обтрепан и перепачкан кровью и кожей Кристофера. Экипаж вернулся к своим обязанностям. Люди, которые прижали его к земле, отпустили Кристофера - они были забрызганы его кровью. Он скатился с бочки в кучу на палубе. Он закрыл глаза, впитывая боль.

Кто-то поднес к его губам кружку рома, и он жадно отпил. Данеш. Это не заставило боль исчезнуть, но немного притупило ее.

Данеш очистил ему спину. Крофорд отказал ему в свежей воде - ему пришлось воспользоваться ведром, опущенным за борт. Соленая вода причиняла боль чуть ли не больше, чем хлыст. Черный туман застилал Кристоферу глаза; он хотел пошевелиться, но ноги не слушались его.

- Сорок девять, - прохрипел он.

- ‘Что вы имеете в виду?’

- Сорок девять ударов плетью.- Кристофер ухмыльнулся, его губы потрескались от напряжения. - ‘Он даже до пятидесяти не дотянул. Слабак, - сказал он и упал в обморок.

Неделю спустя "Джозеф" бросил якорь в порту Тривандрума. Экипаж был весел - это была их первая возможность сойти на берег после Бомбея, и они собирались насладиться ею в полной мере. Кроуфорд вынес на главную палубу стол и табурет, и матросы выстроились в очередь за получением жалованья.

Кристофер подождал, пока все остальные закончат, нацарапав свои отметки в книге и отойдя с несколькими монетами в кулаках. Наконец, когда подошла его очередь, он шагнул вперед и протянул руку. Крофорд злобно посмотрел на него.

- ‘А чего ты хочешь?’

- ‘Моя зарплата.’

- ‘Конечно. - Крофорд устроил грандиозную игру, отсчитывая монеты. Он толкнул их через стол, но когда Кристофер потянулся, чтобы взять их, он схватил его за запястье и согнул его назад, пока монеты не высыпались наружу.

- ‘И что же ты тут делаешь?’

В глазах Кристофера блеснули слезы боли. Он подумал, что сейчас сломает себе запястье.

- Получаю мою зарплату.’

- ‘Ты опять воруешь у меня? Они принадлежат мне.’

- ‘Вы сказали - четыре рупии в неделю.’

- ‘Ты записался ко мне в ученики. Это значит, что все твое жалованье достанется мне. Кроуфорд отпустил запястье Кристофера, и тот, спотыкаясь, попятился назад, к группе наблюдавших за ним матросов. Никто его не поймал; он тяжело приземлился на палубу. Кроуфорд смахнул монеты со стола и положил их обратно в коробку. Он захлопнул ее и встал, дергая рукой за нож на поясе.

- ‘Я достаточно ясно выразился?’

Кристофер лежал на палубе, схватившись за запястье. Его охватила ненависть - все, чего он хотел, - это вонзить нож в живот Крофорда и увидеть, как тот истекает кровью на палубе. Он чувствовал, что вся команда смотрит на него, наслаждаясь его унижением, и ненавидел их тоже.

Он заставил себя выпрямиться, не обращая внимания на боль, пронзившую его запястье, и повернулся лицом к Кроуфорду. Мастер удивился, увидев его стоящим.

- ‘Я понимаю, - хрипло сказал Кристофер. Он не доверял себе, чтобы сказать больше.

Кроуфорд хотел было снова спровоцировать его, но что-то заставило его остановиться. Даже за те несколько недель, что они провели в плавании, Кристофер сильно изменился по сравнению с тем неопытным юнцом, который поднялся на борт в Бомбее. Его плечи расширились, а руки стали толще. Он уже не так сильно сутулился. Но именно в его лице разница была наиболее очевидна. Жестче и тверже, с черными глазами, которые выбивали из колеи своим напряженным взглядом. Хотя Кроуфорд никогда бы в этом не признался, они его пугали.

Он отвернулся. - Спустите шлюпки, - приказал он. - ‘Мы отправляемся на берег. Только не ты, - рявкнул он на Кристофера. - ‘Ты остаетешься на борту, чтобы нести вахту на якоре. Если что-нибудь случится с моим кораблем, пока меня не будет, я прибью тебя гвоздями к верхней мачте и отдам воронам. Понимаешь?’

Кристофер заметил, что Данеш бросил на него сочувственный взгляд. Никто из остальных даже не взглянул в его сторону. Кристофер мог только наблюдать, как они забираются в баркас и гребут к берегу. Данеш тоже пошел. Группа женщин ждала их на пляже, чтобы поприветствовать, таща каждого мужчину к ближайшему пунш-хаусу. Какое бы жалованье они ни получили, к утру оно уйдет. Но Кристофера это не утешало.