Читаем Добыча тигра полностью

Но чем дольше он смотрел, тем больше забывал о своей вине. Тепло вернулось к его венам, он перестал дрожать. Человек, который порол его, бил, издевался и обманывал, был мертв. Он больше никогда не сможет причинить Кристоферу боль.

- ‘Я сделал это, - сказал он себе. Все его тело покалывало, как будто он принимал горячую ванну в холодный день. - ‘Как же я жил так долго, съежившись, и никогда не осознавал своей собственной силы?’

Он вытер окровавленные руки о штаны Кроуфорда, затем перевернул тело и принялся рыться в нем, пока не нашел сумку мужчины. Внутри звякнули монеты – его монеты. Он взял кошелек и сунул его в карман брюк.

Что-то еще привлекло его внимание. Ключ, привязанный к кожаному шнурку на шее Кроуфорда. Он был слишком мал, чтобы вместить замок на шкафчике алкоголя, но он уже видел его раньше в тот день. Это был ключ от сундука с деньгами, блестевший от крови, пролившейся из отверстия в его сердце. Кристофер взял его, торопливо оборвав шнур. Он обернул его вокруг запястья и поспешил в каюту. Сундук с деньгами лежал под койкой Кроуфорда. Даже с учетом того, что зарплата экипажа была выплачена, ему все равно потребовались все его силы, чтобы вынести его на палубу. Хороший признак.

Он побежал на склад и нашел там бутылку с ламповым маслом. Он выплеснул его на тюки ткани в трюме и добавил пороху из маленького бочонка, который они держали для ружей. Он двигался быстро, движимый свободой и энергией, которых никогда не знал. Он сказал себе, что это разумная предосторожность - спрятать тело Кроуфорда, чтобы никому из команды на берегу не пришло в голову искать его. Правда заключалась в том, что он сделал это из чистого дьявольского самозабвения.

На полпути вверх по лестнице он повернулся и швырнул лампу обратно в темноту. Стекло разлетелось вдребезги, пламя охватило пропитанную маслом ткань и вспыхнуло. Языки пламени лизали трюм.

Кристофер уставился на него, словно загипнотизированный собственной работой. - "Я сделал это", - снова подумал он. Разрушение, которое он развязал, текло по его венам, как укол опиума.

Порыв горячего воздуха из трюма внизу ударил ему в лицо, и он понял, что пора уходить. Он вскарабкался по трапу, пересек палубу и со злости пнул в последний раз труп Кроуфорда. Спустить на воду весельную лодку было некогда, но рядом с носом стоял каное - выдолбленный ствол дерева, на котором приплыл Кроуфорд. Он спустил сундук на веревке, забрался в маленькую лодку и взялся за весла. Он греб изо всех сил, держась впереди шара света, который распространялся позади него, когда огонь охватил корабль.

Его лодка причалила на песок. Он выбрался наружу, неся сундук на плече, и побежал вверх по берегу. Добравшись до безопасного места на опушке леса, он оглянулся. "Джозеф" горел, как костер в день «Пороховой измены», освещая темноту и превращая ночное море в золото. Внизу, на набережной, горожане выбегали полуголые из своих постелей и глазели на это зрелище. Среди них было несколько членов экипажа "Джозефа", некоторые из которых все еще держались за своих женщин. Он гадал, как они доберутся домой, сколько времени им понадобится, чтобы найти другой корабль.

Он побрел вглубь острова, пока не добрался до тропинки, вьющейся между деревьями. Он не осмеливался идти в гавань, тем более что команда "Джозефа" все еще была там, но он наблюдал за побережьем и знал, что в глубине страны есть много городов и деревень, где он мог бы найти убежище.

Он уже собирался повернуть на север, когда увидел свет, приближающийся из-за деревьев. Он оттащил сундук с тропинки и спрятался в кустах.

Фигура приближалась, неся лампу, сделанную из выдолбленной тыквы. Он остановился прямо перед укрытием Кристофера, изучая следы и следы волочения, оставленные Кристофером на пыльной дорожке.

- Крис?’ - позвал он.

Это был Данеш. С облегчением вздохнув, Кристофер выбрался из подлеска. Данеш в ужасе отпрянул, не узнавая его - все, что он увидел, был полуобнаженный демон, вымазанный кровью и пылью.

- Крис? - Он вытаращил глаза. - ‘Я видел, как ты сошел на берег. - Он почувствовал кровь и дикий взгляд своих глаз. - ‘Что же ты наделал?’

- ‘Я убил его. - Сказать это вслух было не так просто, как самому себе. Но потом он посмотрел на Данеша, и ему показалось, что в глазах его друга появилось новое уважение.

- ‘А корабль? - сказал Данеш.

- ‘Пропал. Я сжег его до ватерлинии.’

Данеш выглядел мрачным. - Этот корабль был нашей работой. Наша зарплата.’