Читаем Дневники. 1984 полностью

Передача на Москву и центральные области — практически дубль того, что уже прозвучало в эфире, — должна была начаться после одиннадцати вечера. Она, как и самая первая передача, идет «живьем». Но, как я узнал, существует в редакции порядок, при котором те сюжеты, которые прозвучали раньше и которые устраивают редакцию, повторяются в записи вечером. В записи решили давать отдельные эпизоды передачи и ту дискуссию, в которой участвовал я.

Вместе с ведущим передачу, «ее хозяином» популярным тележурналистом Александром Любимовым, мы еще раз посмотрели на мониторе эту дискуссию и решили относительно одной совершенно не принципиальной, носящей скорее косметический характер вырезки, а также решили переставить финальный кусок моего текста ближе к середине -несколько моих фраз о позитивной деятельности общества: о реставрации памятников и т.п.

Еще раньше, сразу же после окончания передачи, мы все встречались с главным редактором, посмотревшим программу, и у него не было замечаний ни к тому, что я говорил, ни к тому, как.

Успокоенный и отчасти обрадованный, что не надо возвращаться в Останкино в одиннадцать часов вечера, я уехал домой, на всякий случай предупредив, что готов приехать на ЦТ в любую минуту после телефонного звонка.

Я пишу об этом так подробно лишь потому, что не понимаю, почему существуют телезрители двух сортов: для одних передачи могут идти в соответствии со свободой слова, а для другого сорта передачи надо «рафинировать». А может быть, во втором случае существует опасная близость начальства? Я не понимаю, и почему из речи писателя выбрасываются без попыток согласования с ним и без попыток поиска компромисса абзацы и мотивировки, превращающие его искрение размышления над сложным и неоднозначным явлением общественной жизни в тенденциозный и ангажированный текст.

Я думаю, ясно, что случилось?

И коли телезритель «второго» сорта уже ознакомился с моими мыслями на этот счет, я позволю себе через газету для телезрителей сорта«первого» рассказать, что телевидение сочло необходимым изъять из передачи.