Читаем Дневник. 2010 год полностью

«Ришелье хотел показать, что он не боится суда общественного мнения для своего творения, и потому позволил допускать в залу всех без разбора. Теперь, однако, он уже в этом каялся, но было слишком поздно. Действительно, холодность беспристрастной публики не уступала даже холодности самой пастушеской трагедии. Напрасно театральные пастушки в драгоценных уборах и башмаках с высочайшими красными каблуками, стоя на цыпочках и придерживая двумя пальчиками украшенные лентами посошки, напрасно придворные дамы, нагибаясь в ложе, всеми силами старались выразить свой восторг и пытались даже падать в чрезвычайно лестные обмороки, - угрюмый партер не подавал никаких признаков жизни, кроме мерного покачивания длинноволосых черных голов. Во время первого и второго акта кардинал покусывал губы и делал рассеянный вид, но молчание, в котором прошел третий и четвертый акт, оказалось свыше его сил; родительское сердце его было уязвлено очень жестоко; он велел приподнять себя и в неловкой и смешной позе, наполовину высунувшись из ложи, начал делать знаки своим придворным приятелям, обращая их внимание на лучшие места и подавая пример аплодисментов, пример, которому следовали только некоторые ложи. Невозмутимый партер, однако, молчал пуще прежнего, он решительно предоставлял поле деятельности актерам и высшим слоям общества, а сам продолжал сохранять упорный нейтралитет».

Вот так, мне кажется, обстоят дела и с так называемыми премированными престижными премиями книгами. Начиная с печально знаменитого «Сундучка Милашевича» Марка Харитонова, получившего первый Букер из рук Аллы Латыниной. Я этого не забыл. Судя по всему, такой же популярностью пользуются и другие произведения избранного кружка авторов. Придворные лопочут, партер - угрюмо молчит.

Но случилось и другое, что заставило меня сосредоточенно думать, и думаю я об этом до сих пор. Я просмотрел фильм Виталия Манского «Девственность». Когда-то в «Правде» писал об этом очень талантливом и остром режиссере. Здесь - новая работа, опять все глубоко и серьезно. Показ этот состоялся в рамках гордоновских ночных сеансов, и мне было одинаково интересно и смотреть сам фильм и потом слушать его обсуждение.

Манский - документалист, фильм его так и был сделан как документальный с художественными обобщениями. Во время кастинга в передачу «Дом-2» были отобраны три молодых девушки. Сколько стоит девственность, на каких условиях героини могут с ней расстаться? Вся троица - профессионалки, приехавшие покорять Москву. Дальше - их судьба. Самое сильное место - это «кухня», режиссерский пульт «Дома-2», когда показывают, под чей свист действуют тамошние герои.

Не менее интересным, чем сам фильм, было его обсуждение. Таково или не таково поколение? Думаю, что краски в общем-то сгущены. Но - какими бы в действительности ни были эти девушки, не очень-то морально и этически чисто было ставить их в подобные условия. За соблазны мы тоже ответим перед Всевышним. Дети же!

6 декабря, понедельник. Поехал в институт, чтобы передать Лёве новую порцию текста. Как никогда я теперь так отчетливо и трагически понимаю, что такое каждый день жизни. Даже одного дня, чтобы сохранить наработанное за многие годы, мне может не хватить. Но надо было еще проконтролировать Алексея Козлова: именно сегодня должны были быть готовы пригласительные билеты на мой дорогостоящий юбилей. Придумал я все это неплохо, хотя за основу держал так понравившуюся мне фразу в пригласительном билете Дженниффер Джонсон - «никаких подарков». Сюда я еще добавил - «и никаких цветов». Вся эта «композиция» как раз помещалась в современный длинный конверт. Лицевой обложкой стала фотография, сделанная в Гатчине Сережей Павловым, эта же фотография, видимо, пойдет и в «Литературке». Текст моего приглашения для гостей такой:

«Мне исполняется 75, самое время поблагодарить Господа Бога за эту милость и как следует гульнуть. Жду Вас во вторник 21 декабря в кафе «Форте» (здание института со стороны Бронной) в 16 часов 30 минут. Никаких подарков и цветов. Спасибо. Ваш Есин».

Первым приглашение получил довольно внезапно забежавший на кафедру Андрей Василевский. Он, оказывается, приготовил мне подарок. В 12-м номере «Нового мира» в рамках книжной полки, которую он самолично ведет, Андрей сочинил небольшую рецензию на книжку Веры Константиновны Харченко. В рецензии этой есть определенная игривость, и я, понимая, какое стадо Андрей пасет, вижу здесь два смысла.

«В.К. Харченко. Дневники С.Н. Есина: синергетика жанра. М., НИЦ «Академика». 2009 (на титуле - 2010), 176 стр.