Читаем Дмитрий Ульянов полностью

До самой темноты Дмитрию Ильичу пришлось ждать брата и невестку. Благо в квартире нашлось столько «нелегальщины», сколько никогда раньше он не видел в России. За чтением журналов и брошюр быстро летело время. Наконец в дом шумно ввалились путешественники. Владимир Ильич сразу же засыпал брата вопросами о том, как он добирался, о делах в России, о делегатах на съезд. Дмитрий Ильич отвечал, давал характеристики знакомым ему делегатам, рассказал о Сергее Ивановиче Степанове как о последовательном и стойком искровце.

Пока женщины готовили ужин, Владимир Ильич принялся знакомить брата с деловой обстановкой в редакции ЦО. Дмитрий Ильич впервые узнал, что в «Искре» далеко не все благополучно, что между Лениным и Плехановым по многим вопросам постоянно возникают споры, намечается разрыв. И самое печальное, пожалуй, что у Плеханова с Лениным были некоторые расхождения по проекту Программы партии. Дмитрию Ильичу казалось странным, что Плеханов, такой образованный марксист, игнорирует значение крестьянства как активной политической силы, не понимает его роли в предстоящей революции.

Дмитрий Ильич разделял тревогу брата за судьбу партии, которой суждено будет возглавить революционное движение в России, в этой, по существу, крестьянской стране.

Но если бы Плеханов заблуждался только в отношении крестьянства! Оказалось, он, а вместе с ним другие члены редакции «Искры» расходились с Лениным во многих вопросах тактики.

На съезде предстояла трудная и упорная борьба. И Ленин готовился к ней как к самому решительному бою. А пока до съезда оставалось несколько дней, и надо было собраться с силами, немного отдохнуть.

Владимир Ильич повез брата в горы. На этот раз Надежда Константиновна осталась дома. Как заметил Дмитрий Ильич, она обрадовалась, что ей в прогулке нашлась замена. В горах Владимир Ильич признался брату, что его неудержимо тянет на Волгу, и вдруг спросил, как там поживает шахматист Хардин.

Зная любовь брата к шахматам, Дмитрий Ильич предложил ему сыграть. Тот согласился, но оказалось, что дома нет шахмат.

— Как же нет! Мама тебе послала папины.

Когда-то эти шахматы выточил на токарном станке отец. Братья очень любили их. Тут, в Женеве, Дмитрий Ильич с грустью узнал, что шахматы — папина память — затерялись.

Владимир Ильич предложил зайти в кофейню и там сыграть партию. Но в ближайшей кофейне шахмат также не оказалось. Пришлось искать другую. Наконец братья уселись за доску. Расставляя фигуры, Владимир Ильич обмолвился:

— Надо что-то выпить, так неудобно сидеть только за шахматами. Ты чего хочешь, кофе или пива?

— Предпочитаю пиво.

Владимир Ильич подозвал кельнершу, заказал кружку мюнхенского и чашечку кофе.

Четыре с лишним часа играли братья, притом так сосредоточенно, что окружающие начали над ними посмеиваться. Откуда, мол, эти чудаки?

17 июля 1903 года Г. В. Плеханов открыл первое заседание II съезда РСДРП. К этому времени Дмитрий Ильич был уже посвящен во многие тонкости внутрипартийной борьбы. Его радовало то обстоятельство, что Плеханов по многим пунктам разделяет позицию Ленина, и это вселяло уверенность в победе искровцев, но, однако, огорчала «мягкость» Плеханова по отношению к Мартову, к его ошибочным, вредным теориям.

С каждым заседанием накал борьбы между сторонниками Ленина и сторонниками Мартова нарастал. Уже на восьмом заседании при обсуждении Программы РСДРП стало окончательно ясно: Мартов искажает марксистские положения. Вместе с Лениным Дмитрий Ильич голосует за отказ в автономии Бунду, поддерживает предложение Ленина о передаче на рассмотрение комиссии седьмого параграфа Программы партии и предлагает свою формулировку девятого параграфа общеполитической части программы: «Предоставление права каждому преследовать всякого чиновника перед судом присяжных без жалобы по начальству».

Борьба достигает своего апогея на двадцать третьем заседании. Обсуждается устав партии, первый параграф. Кто может быть членом партии?

Принципиальнейший вопрос. На голосование выносятся формулировки Ленина и Мартова. За первый параграф устава голосование идет поименно. Без колебания Дмитрий Ильич голосует за формулировку Ленина. Как призыв звенят ленинские слова, брошенные в зал:

— Лучше, чтобы десять работающих не называли себя членами партии (действительные работники за чинами не гонятся!), чем чтобы один болтающий имел право и возможность быть членом партии.

Но, как показало голосование, большинство за мартовцами.

На двадцать пятом заседании при обсуждении четвертого параграфа устава партии Дмитрий Ильич выступил снова. Он сказал: