Читаем Дикая война полностью

— Миша, я знаю, что вас в депо не пускали. Этот приказ отменён. Признаться, я с самого начала был против подобных мер. Ваша страсть к изобретательству действовала на наших рабочих весьма положительно, и этот приказ крепко накалил обстановку. Но теперь всё в прошлом. Вы можете приезжать в депо в любое время.

— Дозвольте спросить, сударь, а вам-то в этом какой интерес? — удивлённо поинтересовался Мишка, не ожидавший такого захода.

— Всё просто. Ваши изобретения перенимаются моими рабочими, которые набивают на них руку. В итоге депо способно уже сейчас сделать любой из тех механизмов, который вы придумали, — смущённо пожал плечами глава правления.

— Благодарствую, — кивнул Мишка, не веря ни одному слову.

— Что ж, господа. Раз все высказались, то я попрошу вас отправиться обратно. А мне нужно ещё с Михаилом кое о чём побеседовать, — свернул переговоры контрразведчик. — Господин голова, прошу вас доставить господина майора домой и проследить, чтобы к нему зашёл доктор.

— Конечно, конечно, — засуетился голова.

Проводив их до дверей, Мишка вернулся в комнату и, не присаживаясь, спросил, удивлённо глядя на контрразведчика:

— И что это было?

— Обосрались с перепугу, вот что, — презрительно ответил офицер, скривившись так, что Мишка испугался, как бы его не заклинило. — Я им прямо сказал, что будет, если в следующий раз нападение случится на одного из них.

— И что вы сказали? — не сдержал любопытства Мишка, заранее начиная внутренне ржать.

— Что искать нападавших в тайге никто из служащих полиции не умеет, а мне некогда. И казаки этим делом заниматься не станут. Повезёт — перехватят на переходе границы. Нет — значит, так и уйдут. А больше всего страху на них нагнала смерть Кособородова. Один выстрел, и мозги наружу. А самое главное, даже мои орлы так и не смогли понять, откуда именно стреляли. Может, подскажешь? — он хитро покосился на Мишку.

В ответ парень только плечами пожал, вздохнув:

— Я на месте не был. Тут всё самому смотреть надо.

— Так, может, съездим? — тут же предложил контрразведчик.

— А смысл какой? Что могло случиться, уже случилось. Или вы решили конюшню закрыть, раз уж коня всё равно спёрли?

— Да хрен с ним с конём, — отмахнулся офицер. — Мне бы понять, как это сделано было, чтобы в следующий раз самому так не подставиться. Да и опыт, сам понимаешь, в нашем деле штука великая.

— Завтра приеду. С утра. А то, пока доедем, уже и стемнеет, — подумав, вздохнул Мишка, глянув в окно.

— Вот и хорошо, — явно обрадовавшись, кивнул офицер. — А теперь скажи мне, друг ситный, тот бандит, с которого ты письмо снял, больше ничего не говорил? Может, имена какие называл или рассказывал, в каком доме то письмо получил?

— Так он же хунхуз, — развёл Мишка руками.

— А пропустить ты ничего не мог? Может, у него ещё чего было?

— Я его как следует обыскал, — мотнул Мишка головой. — Личные вещи, обычные мелочи походные. И только тубус тот кожаный. А так ничего необычного. Если только оружие, — задумчиво добавил парень.

— А что оружие? — моментально сделал стойку контрразведчик.

— Три винтовки «Арисака», три капсюльных револьвера, три ножа, а у старшего — складной дробовик. Я таких и не видел.

— Покажешь? — попросил офицер, отлично понимая: это трофей и требовать его глупо.

Поднявшись, Мишка собрал всё трофейное оружие и, принеся, сложил на столе. Окинув винтовки быстрым взглядом, контрразведчик отодвинул их в сторону и принялся осматривать револьверы. Потом, отложив и их, взялся за дробовик. Аккуратно вынув его из кобуры, он внимательно осмотрел оружие и, осторожно разложив его, приложил к плечу. Убедившись, что дробовик не заряжен, он пару раз щёлкнул курком и, положив оружие на стол, задумчиво протянул:

— И вправду странно. Я такого тоже не видел. Читал, что есть, но не видел. Отсюда вопрос. Зачем тащить с собой в тайгу лишнее оружие? Этих винтовок, — тут он кивнул на «Арисаки», — вполне достаточно, чтобы и от волков отбиться, и от других бандитов. Пушнину таким оружием добывать не станешь. Тогда зачем он нужен?

— Может, личное что? — задумчиво протянул Мишка, крутя в руках кобуру от дробовика. — Первое оружие. Память об отце. Причин много можно придумать.

Тут он оттянул боковину кобуры и сосредоточено нахмурился. Потом, быстро поднявшись, подошёл к окну и, едва не вывернув кобуру наизнанку, тихо выдохнул:

— О как!

— Что там? — подскочил контрразведчик.

— Сейчас, — отмахнулся Мишка и, выхватив нож, принялся осторожно подпарывать шов.

Вскоре кобура была распущена на составные части, и на стол выпал тонкий свёрток папиросой бумаги. Контрразведчик коршуном бросился на него и, осторожно развернув, впился глазами в текст. Заметив, что написано там было всё на английском, парень только понимающе усмехнулся. Убедившись, что достал всё, Мишка аккуратно сложил куски и, достав иглу и дратву, принялся сшивать кобуру обратно. Дочитав, офицер бережно убрал документ в бумажник и, задумчиво посмотрев на парня, тихо спросил:

— Кто видел, что ты принёс эту винтовку?

— Из чужих никто. Я его в сумке нёс. Да и темно уже было, — твёрдо ответил парень, ловко сшивая кобуру.