– Я больше не ребенок, которого надо защищать, – заговорила она уже спокойнее. – Я женщина в поисках ответов. Я, как и ты, профессиональная притворщица. Этому я училась всю жизнь. Не позволяла себе стремиться ни к чему, кроме истины и справедливости для тех, кого больше нет в живых. И я добьюсь своей цели – с тобой или без тебя! – Подобрав юбки, она решительно двинулась мимо него к дверям. – Думаю, лучше нам не вставать друг у друга на пути.

– Франческа, подожди!..

Он протянул руку, но она увернулась и уже от двери выпустила последнюю стрелу.

– Уверена, ты тоже не образец целомудрия, – отрезала она. – А моя чистота – не то же самое, что физическая девственность. Неважно, сколько у меня было мужчин: я чиста, как чертов первый снег, и никто, ничто на свете не заставит меня чувствовать себя грязной!

И повернулась к нему спиной, сунув обе руки в карманы, чтобы в ярости не замахать кулаками.

– Франческа!

Он бросился за ней.

– Не ходи за мной! – рявкнула она.

– Не отпущу, пока не выслушаешь…

– Послушай вот это!

И, выхватив из кармана руку с пистолетом, спустила курок прямо у Чандлера над ухом. Выстрел оглушил его; а Франческа, не довольствуясь этим, другой рукой нанесла ему быстрый прямой удар в солнечное сплетение.

Когда растаял звон в ушах, и Чандлер наконец смог набрать воздуха в грудь, Франчески уже здесь не было.

Глава 14

Стрела Александры угодила почти в «яблочко», и Франческа очень постаралась не хмуриться. То ли герцогиня Редмейн тренируется почти все свободное время, то ли сама Франческа теряет хватку.

А возможно, и то, и другое.

На выходные Рыжие проказницы выбрались из Лондона в Дорсет, в замок Редмейн – древнюю крепость, которая гордо возвышалась на утесе над симпатичной рыбацкой деревушкой Мейнмаут, излюбленным местом отдыха туристов на девонширских берегах. Сейчас женщины грелись на южном солнышке среди руин старого форта, выстроенного предками герцога Редмейна после победы Вильгельма Завоевателя.

Здесь, на пустынном дворе, не желая упускать последние солнечные деньки перед наступлением осени, они устроили состязание в стрельбе из лука.

Каменные стены форта защищали лучниц от океанского бриза. Проскакав от самого замка галопом по роскошной изумрудной траве Мейнмаутских лугов, Франческа немного приободрилась, но уныние так и не ушло.

Уже много дней она не видела Деклана Чандлера – и это становилось невыносимым.

Франческа опустила вуаль, спасаясь от палящего солнца, в глубине души надеясь, что далекие облака над морем поплывут в их сторону. Резкие крики чаек не радовали, а действовали на нервы. Свежие запахи – моря, травы, лошадей – нагоняли тошноту.

А ведь раньше она все это любила.

Конечно, Франческа не ожидала, что в унисон ее унынию и мир затянется серой пеленой. Но, честно говоря, это было бы неплохо. Необычайно хорошая погода, безмятежное счастье любимых подруг – ничего иного она и желать не могла… но была не в силах даже притворяться довольной.

Внезапно она попала в мир, в котором Деклан Чандлер остался жив. Но вместо рая оказалась в непроходимом лабиринте. Перед ней стена препятствий, возведенных врагами, силами, неподвластными ее воле…

И ее собственным обманом.

– Фрэнк, меня беспокоит твоя идея отправиться на это мероприятие к лорду Кенуэю, – заговорила Сесилия, достав из колчана стрелу и неуклюже прилаживая ее к тетиве.

Сесилия, талантливая и удачливая почти во всем, мигом теряла все свои способности, едва заходила речь о состязании. Тут ее ловкости не позавидовал бы и комок глины. Оставив непокорную стрелу, она подняла на Франческу сапфировые глаза. На нежной белой коже Сесилии выступил румянец: трудно сказать, от физических усилий под жарким солнцем или от чего-нибудь иного.

Франческа уже рассказала подругам, что лорд Кенуэй пригласил ее в будущую субботу на некое «весьма эксклюзивное мероприятие», которое состоится у него в особняке.

– Не удивляюсь, – откликнулась Франческа, потянувшись за своим колчаном. – Беспокоиться – твоя вторая профессия!

– А была первой, пока я не занялась карточным шулерством! – Сесилия улыбнулась своей доброй, обезоруживающей улыбкой и весело рассмеялась, но тут же стала серьезной. – Но разве твой Чандлер не говорил, что Кенуэй куда опаснее обычных негодяев, с которыми ты имела дело до сих пор?

– Он не «мой Чандлер»!

Александра, подошедшая помочь Сесилии, значительно взглянула на нее из-под полей голубой шляпы для верховой езды, но предпочла оставить свои мысли при себе.

– Хорошо, неважно чей Чандлер, неважно даже имя это или фамилия; но, по-моему, на этот раз тебе стоит последовать его совету.

Франческа сжала губы.

– Если бы ты только знала, как мне претит следовать хоть одному совету из уст этого человека!

На этот раз Александра и Сесилия переглянулись.

Франческа проверяла натяжение тетивы, притворяясь, что не замечает этого обмена взглядами.

– Когда-то он был для тебя важнее всех на свете, – настаивала Сесилия. – Неужели из-за одного разговора все переменилось?