Читаем Девушка с телеэкрана полностью

– Меня не было рядом, когда я так был нужен сестре. Я сразу же демобилизовался и решил, что буду устраивать свою жизнь дома. Поместил Хелен в реабилитационную клинику. Словом, сделал все, что должен был сделать много месяцев назад, если бы не был так увлечен собой. Решение организовать курс для детей пришло много позже, после того как телевизионщики заинтересовались моим курсом выживания для взрослых. Я подумал, что такое занятие могло бы стать спасением для многих ребят, без дела болтающихся на улице.

Он с трудом поднял голову и посмотрел на Эви.

– Со мной лучше не связывать свою жизнь. Я не смог позаботиться о самом дорогом мне человеке. Я эгоист. Теперь полностью погружен в работу, чтобы хоть как-то загладить свою вину. Ты заслуживаешь, чтобы рядом был мужчина, для которого ты стояла бы на первом месте. Боюсь, не смогу тебе этого дать.

Эви даже не шелохнулась. Неужели она не слышала, что он сказал? Вместо этого она потянулась к нему и поцеловала. В ее движениях было столько нежности, что по коже пробежали мурашки.

– Ты не должен винить себя за то, что Хелен стала наркоманкой. Тебя даже рядом не было. Мы все совершали ошибки в прошлом. Посмотри, например, на меня. Ты думаешь, что можешь контролировать поведение ближнего, а при этом не можешь уследить за собой? Почему ты уверен, что с ней не произошло бы то же самое, если бы ты жил дома?

– Не произошло бы, – сердито бросил Джек. – Я бы следил за ней.

По его тону Эви поняла, что он не вполне в этом уверен. В груди потеплело от нежности, ее охватила радость оттого, что она не ошиблась: он отличается от тех, кто встречался на ее пути прежде. Вот и ее пытается защитить, хотя весьма странным способом. Становилось ясно, почему Джек почти не дает интервью и старается избегать вопросов о прошлом и личной жизни.

– И поэтому ты категорически настроен против личной жизни?

Джек помедлил и кивнул:

– Не хочу, чтобы все повторилось.

Ее тронуло его огромное чувство ответственности за сестру. Ах, если бы кто-то думал так о ней. Такой чертой характера Джека невозможно не восхищаться.

– Меньше всего мне хочется, чтобы были обнародованы некоторые факты из жизни Хелен. Сейчас у нее все хорошо. Она учится в колледже. А я стараюсь держать журналистов и людей из мира телевидения подальше от своей семьи.

– Меня ты тоже к ним причисляешь?

– Для меня ты скорее в серой зоне. – На его губах появилась улыбка, и Эви вздохнула с облегчением. – Откровенно говоря, я ожидал, что ты спрячешься, засунешь голову в песок.

Она улыбнулась:

– Я никуда не уйду. По крайней мере, до завтра. Я улетаю из Инвернесса, так что скоро избавлю тебя от своего присутствия.

Джек прикоснулся к ее щеке.

– А мне очень приятно твое присутствие.

Через три недели после злополучных выходных в Шотландском нагорье зрители с восторгом принимали новый выпуск шоу. Опасения, что интерес к ней Джека будет падать пропорционально времени, проводимому порознь, не оправдались. Работа по организации курсов для детей вышла на новый виток, но он обязательно звонил ей, когда обещал, и отправлял сообщения. На свидания тоже являлся с неизменной точностью. Этим он напоминал ей отца и брата, видимо, у военных привычка к пунктуальности укоренялась с первых дней службы.

Однако в Джеке ее это не раздражало, скорее наоборот. Она чувствовала, что на него можно положиться. Согласилась с его предложением держать их отношения в тайне. Как она могла отказаться после того, что он рассказал ей о Хелен? Интерес к шоу неуклонно возрастал, и она была готова сделать все, чтобы секреты его сестры не попали в прессу.

Порой Эви охватывали сомнения, казалось, Джек не столько хочет скрыть неприглядные факты из жизни сестры, сколько связь с ней. В конце концов, Хелен попала в больницу много лет назад, сейчас ее жизнь налажена, как и жизнь ее матери, кроме того, со временем переживания и негативные эмоции ослабевают. Стоило подобным мыслям зависнуть в голове, Эви старалась затолкать их глубже.

Может, Джек уверен, что отношения их недолговечны, и не желает оповещать публику о том, что скоро закончится?

Он провел в ее квартире в Челси уже три ночи подряд. Они наслаждались обществом друг друга, даже не выходили перекусить, предпочитали пользоваться доставкой на дом. Он никогда в жизни не чувствовал себя так спокойно. А как приятно было делиться с кем-то своими мыслями и планами и встречать понимание и поддержку. Сейчас он не представлял, как несколько лет мог жить в добровольной изоляции. Эви хотелось многое рассказать, она, как никто, умела слушать.

Все шло замечательно.

Телефон зазвонил, когда она проходила мимо по коридору. Она ответила, и он заметил, как опустились ее плечи, потом она отвернулась к стене и взъерошила волосы. Расстояние между ними было слишком велико, Джек не мог слышать, о чем идет речь, лишь отметил, что отвечает она коротко и резко. Разговор продлился не более двух минут, затем Эви положила трубку и подошла к нему, нервно кусая ногти.

– Кто звонил?

– Отец.