Читаем Девоптицы (СИ) полностью

— Все уродцы должны работать, кроме ванов. Одни на плантациях, другие — слугами. Распоряжается у них Главный Страж. Если хотят поощрить кого-то, то дают выходной или делают прислугой своих дочерей и жён. Но это не лучше, чем трудиться на плантациях, потому что карлицы очень жестоки к слугам. Бывали случаи, что забивали служанок до смерти.

— Ну и нравы у них! Даже я себе такого не позволяла, — царевна фыркнула, а когда сестра посмотрела на неё осуждающе, тут же замолчала, опустив голову.

— Я думаю, что агрессию каким-то образом провоцируют, потому что малыши у них? сама доброта, но при достижении определённого возраста они резко меняются. Мои подопечные, те, кого я когда-то спасла, стали злыми и жестокими через полгода нашего знакомства, — царица печально вздохнула. — Но всю степень коварства Тёмного осознала, лишь когда он провернул свой фокус с горлинкой. Вся моя свобода дана была с тем лишь, чтобы я изучила все тоннели, отыскала тайный проход к укреплениям орлиан, вовремя «нашла» и «вылечила» девушку, подружилась с ней, «уберегла» и привела прямо к крепости, принадлежавшей моему любимому. Безжалостную необоримую убийцу. И, как видишь, до сих пор злодею всё удавалось. Уверена, что он не мог не просчитать варианта, при котором жертвы ускользнут. И все подробности узнаем, когда торжествующий монстр, смеясь, поведает всё, пиная ногами отрезанные головы наших любимых.

— Думаешь, Рад уже мёртв? — задумчиво произнесла младшая царевна. — Конечно, мною, такой, не заинтересуется, но всё же больно думать, что никогда не встретимся.

— Хотела бы успокоить, но не могу, — Кима слабо улыбнулась.

— Знаешь, как-то от твоих историй легче не стало, давай о другом поговорим… А как ты бы хотела встретиться с Орианом? Расскажи, а! Ты же такая мастерица до подобных повествований. Помнишь, как ты сочиняла истории о нашем будущем, о большой любви, дружной семье, заботливых мужьях?! Давай помечтаем о том, чего, возможно, никогда не будет!

— Ох, что с тобой делать? Так и быть, — Кима смутилась. — Давай помечтаем. В общем, вот как я хотела бы, чтобы всё произошло. Я буду рассказывать, как будто всё так и будет, только не перебивай.

— Хорошо, — прошептала Кама, подвигаясь вплотную к сестре и устраиваясь удобнее на ворохе соломы.

— А вдруг мои страстные желания услышит Творец и поймёт, как же я люблю Ориана, — мечтательно проронила Кима, обнимая сестру. Она закрыла глаза и начала рассказ, страстно желая, чтобы её мечты сбылись.

«— Кима! Радость моя! Как я счастлив! — шепчет жених мой, кидается, как хищник на жертву, покрывая шею и грудь быстрыми жадными поцелуями.

Я пытаюсь высвободиться, прошептав:

— Погоди, Ориан… — но мужчина не слышит ни одного слова, воспринимая только звук голоса, который для него звучит, как музыка небесных сфер для тоскующей души.

И бережно уложив меня на кровать, начинает страстно лобызать тело. Сначала поглаживает каждую стопу, потом покрывает поцелуями бёдра, а когда добирается до живота, то я, бедная девушка, до этого пытавшаяся разъяснить ситуацию, уже не могу вымолвить ни слова от охватившего блаженства.

— Ах, нет сил противиться! — решаю я. — Сегодня ночью буду с ним и запомню его объятия, даже если отвернётся от меня.

Прижимаюсь всем телом к любимому, заставив его издать стон. Шутливо выскользнув из объятий, оказываюсь сверху и начинаю осыпать поцелуями тело любимого.

Если до этого момента жених мой хоть что-то соображал, то теперь лишается последнего самообладания.

Тела наши сплетаются на шёлковых простынях огромного ложа, а души соединяются в одно целое и улетают на крыльях блаженства в невообразимую даль. Туда, где нет козней и происков злых сил. Туда, где легко и свободно парят над облаками, разглядывая Радугу Любви. Встречает нас Жар-птица и накрывает крылом, обещая оберегать и лелеять чувства, такие светлые, настоящие.

А потом я удобно устраиваюсь на плече мужчины и засыпаю, впервые за последние несколько седмиц сплю крепко.

Открыв глаза, понимаю, что скоро начнёт светать. Осторожно высвобождаюсь из крепких объятий и встаю, намереваясь ускользнуть в ванную, пока Ориан не проснулся.

— Куда ты, любимая? — открывает глаза возлюбленный. — Я не смогу больше без тебя ни минуты.

Царевич перелетает через кровать, кладёт руки на мои вздрагивающие плечи и резко разворачивает к себе.

Увидев безобразные черты карлицы вместо прекрасного лица девоптицы, отшатывается, со стоном садится на край кровати.

Я закрываю лицо руками, глухо произношу:

— Я пыталась тебя вчера остановить, но ты не слушал.

Ориан вздыхает, сдерживая клокотавшую в душе ярость.

— Ты не виновата, Тир за всё заплатит. Мы найдём фею, и ты вновь вернёшь свой истинный облик.

— Возможно, — я отворачиваюсь к окну. — Но сейчас нам лучше не видеться.

— Почему? Я так долго искал тебя. Я не могу без тебя жить.

— Ты чувствуешь отвращение ко мне…

— Разве ночью мы не были близки как никогда прежде?!

— Ночью ты не видел моего лица.

Ориан встаёт, обнимает, прижимая к своей груди:

— Любимая, прости, это я от неожиданности.

— Я не могу так, — начинаю рыдать я. — Уходи! Мне надо побыть одной.