– Я? – невольно он повысил голос.

Эбигейл закрыла зажигалку и убрала в карман.

– Частично. – Её лицо было белым как мел. – Они знали о случившемся в музее. Ну, знаешь, про шар с водой? Они знали, что я была зла на Стюарта за то, что он его бросил. И на мистера Крейна, потому что он позволил этому случиться. И на… ну… тебя.

– На меня? А я тут при чём? – возмутился Тимоти.

– Я уже не помню. – Она покраснела. – Они сказали, что помогли мне. Я не поняла, о чём речь, но они обещали, что скоро я всё узнаю. И что взамен я должна буду пойти с ними. Сыграть в их игру. Что я им должна. – Она недолго помолчала. – Я не знала, что им ответить. Потому что как прикажешь спорить с… я даже не знаю, что они такое.

– Тебе нельзя с ними никуда ходить!

– Конечно, я никуда не пойду! Я ни на что не соглашалась.

– А как именно они тебе помогли?

Эбигейл растерянно пожала плечами.

– С вами тремя случилось нечто ужасное.

– С кем – «с нами»?

– Со Стюартом. С тобой. И с мистером Крейном.

– Я не понимаю.

Эбигейл вздохнула.

– Кошмарии помогли мне. То, что с вами случилось, произошло из-за меня. Ты увидел жуткого мужика. Стюарт – чудовище в бассейне.

Тимоти моргнул.

– А мистер Крейн внезапно стал бояться банок в классе.

– В книге Натаниэля Олмстеда, – продолжила Эбигейл, – Кошмарии пугали людей, порождая чудовищ. Мои Кошмарии насылают видения. Хоть я об этом и не просила, но они «помогли» мне. И едва при этом не убили Стюарта. – На этих словах её голос дрогнул. – Когда я узнала, что с ним случилось, я сразу поняла, что это моя вина. Я не хотела никому зла. Даже пугать никого не хотела. Мне было бы достаточно, чтобы все просто оставили меня в покое.

– А что, если нет никаких Кошмарий? Что, если это ты пугаешь людей? – предположил Тимоти, хотя и чувствовал себя очень глупо, произнося это. – Может, не знаю, глубоко в душе ты была очень зла на нас и бессознательно или ещё как-то заставила нас видеть то… чего на самом деле нет?

– Я бы ни за что не стала это делать, – замотала головой Эбигейл. – У меня нет такой силы.

– А вдруг есть… может, ты и не хотела, но так получилось?

– Но Стюарт в больнице! Если там, в бассейне, ничего не было, если ему всё привиделось, почему он пострадал?

Тимоти покачал головой.

– Он был уверен, что видит монстра. Он испугался и наглотался воды.

– Нет, – отрезала Эбигейл, прижав ладони к вискам. – Я в это не верю. Да, я была на него зла, но я ничего такого не хотела.

– Но…

– Нет, Тимоти. Я точно права. Это не я. Если на то пошло, вначале у меня тоже промелькнула такая мысль, – грустно улыбнулась она. – Но теперь я знаю, что тут нечто другое.

– Откуда ты знаешь?

– Другие события не вписываются в эту теорию.

– Какие, например?

– Например… та книга, которую ты нашёл. Имена, написанные в ней. И, как мне кажется, самое главное… Всё это может быть завязано на моей бабушке.

Тимоти задумался.

– Это что-то намного значительнее моих глупых проблем, – продолжила Эбигейл. Схватив прядь волос, она помахала ею в воздухе. – Перед тем как ты рассказал мне свою историю, я на полном серьёзе думала, что смогу спрятаться от Кошмарий. Поэтому покрасила волосы. Знаешь, как я себе это представляла? Что лягу сегодня спать на диване в гостиной, и они меня не узнают, а завтра…

– Что завтра?

– А завтра я бы уехала на автобусе назад в Нью-Джерси. К папе.

– О… – У Тимоти оборвалось сердце: он не хотел разбираться со всем этим в одиночестве.

– Но это больше не вариант. Раз я теперь знаю, что ты тоже замешан, – подытожила она.

Тимоти с облегчением кивнул.

– Мне кажется, самое важное сейчас – понять, кто этот мужчина… которого я видел. И что это за книга. Если они оба реальны, а не порождение твоих… Кошмарий, возможно, они являются ключом ко всему происходящему.

Из коридора донёсся щелчок дверного замка, заставивший их обоих подпрыгнуть.

Эбигейл вскочила, захлопнула дверь ванной и достала из шкафчика большие чёрные ножницы.

Глава 20

– Эбигейл? Милая? Ты дома? – послышалось из прихожей мягкое сопрано.

На пол ванной посыпались отстриженные пряди. Эбигейл бросила ножницы в раковину и повернулась лицом к Тимоти. Теперь её волосы спускались несимметричным каре по бокам, закрывая уши и укорачиваясь на затылке.

– Как я выгляжу? – шёпотом спросила Эбигейл. Глаза у неё лучились улыбкой.

– Э-эм… иначе, – выдавил Тимоти, потрясённый, как она в одночасье отчекрыжила себе волосы.

– Отлично.

– Эбигейл? – Голос уже слышался из коридора.

– Я в ванной! – отозвалась Эбигейл. И шепнула Тимоти: – Это твой шанс.

– Для чего?

– Спросить мою бабушку о книге.

– Но…

Эбигейл распахнула дверь и выскочила в коридор. Её мама вскрикнула и тут же ахнула:

– Эбигейл? Это ты? Что ты с собой сделала?

– Тебе не нравится?

– Если хочешь знать правду, – немного театрально ответила женщина, – то нет, мне не нравится.

Тимоти вжался в стену ванной. Всё происходило так быстро, что он растерялся. А вдруг бабушке Эбигейл придутся не по душе его расспросы? Но бежать было некуда: не выпрыгивать же в маленькое окошко с мутным стеклом.