Любопытное совпадение: в последние несколько недель Сара много думала о Говинде, однако, несмотря на загадочные события, которые сопровождали его появление, он производил впечатление человека, нашедшего мир с самим собой. В его присутствии у Сары появилось странное ощущение — казалось, время замедляется, но самым поразительным было то, что у нее возникла уверенность — так и должно быть. Глаза Говинды показались Саре удивительно чистыми, однако едва ли ей удалось бы понять, о чем он думает. Инстинкт подсказал Саре, что ей не следует спрашивать у него о бриллиантах: что-то в его поведении мешало ей затрагивать эту тему. В конце концов, прошло очень много времени, и даже если сейчас удалось бы найти амулет, это уже ничего не могло изменить. Она не собиралась оскорблять Говинду только ради того, чтобы удовлетворить любопытство инспектора Джерарда. И все же, пока у нее в голове проносились эти мысли, какая-то часть ее сознания наблюдала за происходящим со стороны — быть может, Говинда обладал какой-то удивительной силой, воздействовавшей на нее столь необычным образом? Сара услышала собственный голос так, словно он доносился откуда-то издалека.

— Я слышала, что вы покинули Бенарес много лет назад. Вы путешествовали с тех пор, как оставили службу во дворце, мистер Говинда?

— Мне нравится путешествовать. — Лицо Говинды оставалось непроницаемым.

Наконец Сара набралась мужества, чтобы задать самый болезненный вопрос:

— Вы были рядом с Лили, когда она умирала?

В наступившей тишине не было ожидания. И Сара не чувствовала необходимости ее нарушать. Очевидно, Говинда испытывал похожие чувства, поскольку заговорил только после долгой паузы:

— Я был рядом с мем-сахиб Лили, и она спокойно умерла в своей постели. Ее кремировали в Марникарнике, как она и просила. В самом конце она не страдала. Бенарес — это врата в иной мир, и она с нетерпением ожидала воссоединения со своим любимым. Я рад, что вы приехали сюда, мем-сахиб очень этого хотела.

Увидев слезы, текущие по щекам Сары, Говинда тут же сменил тему разговора:

— Махараджа беседовал со мной относительно возможной поездки рани Сарасвати в Лондон. Насколько я понял, вы этого хотели, но я должен вас разочаровать.

Сара вытерла слезы платочком и глубоко вздохнула:

— Это было ее желание, а не мое.

Она была скорее обрадована, чем разочарована тем, что Сарасвати не поедет в Лондон, и ее удивило, что принц подумывал изменить свое решение.

— В самом деле?

Саре показалось, что она впервые видит выражение неудовольствия на непроницаемом лице Говинды, однако оно почти мгновенно исчезло.

Сара вдруг поняла, что ее беспокоит его голос, показавшийся ей странно знакомым. В этот момент вернулась служанка с большим лакированным подносом, на котором стоял маленький серебряный сосуд. Говинда поклонился Саре и молча вышел из домика. И тут в наступившей тишине Сара сообразила, почему она узнала его голос: именно Говинда о чем-то спорил с Сарасвати перед рассветом.

Когда служанка собралась уходить, Сара ее позвала:

— У меня есть для тебя вопрос. Ты знаешь, что означают слова mera varga?

— Да, мисс Сара. Это означает «мой бриллиант».

Глава 34

По мере приближения душного сезона дождей Сара стала просыпаться еще раньше, теперь она наблюдала за восходом солнца со своего высокого балкона, украшенного слоновой костью. Отсюда она видела, как темные воды Ганга становятся янтарными и бронзовыми, когда солнце поднимается над крышами домов. С первыми лучами солнца рыбаки затаскивали на берег свои баркасы, заканчивая ночную ловлю, а индуисты входили в священные воды Ганга, чтобы искупаться и разбросать лепестки цветов своим богам.