Читаем Девятый день полностью

Глаза Сэма были широко открыты и внимательно смотрели в небо, словно Сэм разглядывал то, что находилось в вышине. Нине захотелось сказать ему: не на что там смотреть. Все кругом пустое – и небо, и лес, и вода. В лесу нет живности, в реке – рыбы, в небе – птиц и самолетов. Даже ветра нет!

Необитаемый, порожний, застывший мир, в котором правит бал смерть.

«Мы обречены и умрем», – подумала Нина с уверенностью, с унылой обреченностью.

Она поймала себя на том, что завидует: Сэм-счастливчик уже отмучился, ушел во сне. А что предстоит им? Хотя парнишка перед смертью все-таки проснулся… На что смотрели его глаза? Знал ли он, что умирает, боялся ли приближения смерти?

Нина обернулась к Эдварду: надо бы увести мальчика, утешить, ведь Сэм был его братом. Но Эд отвернулся, отошел. Грустил? Или желал продемонстрировать, что не нуждается в заботе посторонних людей?

Марк неуклюже поднялся, закрыл лицо руками. Послышались глухие рыдания. Тамара положила ладонь ему на плечо, но мужчина сбросил ее.

– Мы лжецы! Я все понял! Мы виновны во лжи, поэтому и оказались тут, и умираем. Сначала София, теперь Сэм.

– Я жива, если ты не заметил, – отозвалась его бывшая невеста. – Можешь пульс померить, сердце мое послушать. Оно бьется.

София выглядела восхитительной и безмятежной, как сама заря.

Марк замахал руками, отвернулся и, пошатываясь, побрел в сторону леса.

– Крыша поехала, – фыркнула София и подошла к своему любовнику.

Адам сделал вид, что не заметил этого, встревоженно и вместе с тем сердито посмотрел вслед Марку.

– По-моему, он нездоров. Видели его взгляд? Марк сдался, постоянно твердит про нашу погибель. – Адам потеребил мочку уха. – Не будем паниковать. Возможно, у Сэма были проблемы со здоровьем и…

– И поэтому нечего его жалеть? – с вызовом спросила Тамара.

– Я не то хотел сказать. Но если мы будем рыдать и истерить, лучше не станет. Нужно подумать, как выбраться отсюда.

Александр подошел к телу Сэма.

– Нужно унести его с поляны. Нельзя оставлять здесь.

– Похоронить тоже нельзя, – отрывисто сказала Нина, стараясь побороть подступившую тошноту. – Полиция должна осмотреть тело, и родственники…

Она подавилась словами. Какая полиция? Какие родственники?

– Может, в дом занесем? – предложила Тамара.

– Хорошая мысль, – одобрил Александр. – Я беру за плечи. Адам, давай за ноги.

Мужчины так и сделали, а Нина подумала, что вчера они таскали деревяшки на растопку из дома, а сегодня понесли в дом тело человека. В горле распухал неуместный смех вперемешку с тошнотой, и она боролась с собой, стараясь подавить то и другое сразу.

Ринулась к Дунаю, опустилась на колени, стала плескать воду в лицо.

Думала, ее вырвет, но нет, съеденная вчера пища удержалась в желудке. Да и никто из остальных не отравился. Тошнит, верно, на нервной почве.

Когда стало полегче, Нина вернулась обратно к кострищу. Все, кроме Елены и Марка, сидели вокруг него. Каждый думал о своем, избегая смотреть на остальных. Нина взглянула на Елену, и сердце ее сжалось.

Подруга проснулась, открыла глаза, но как будто не понимала, где она, что с ней. Лежала, не имея сил подняться, выглядела слабой и измотанной. Повозилась, но сесть не смогла или не захотела. Рука ее потянулась к голове, и Елена принялась снова расчесывать кожу.

Нина быстро подошла к ней, успев заметить, как София брезгливо отвернулась от больной.

– Доброе утро, дорогая. – Нина попыталась удержать руку подруги. – Не нужно, прошу тебя. Ты поранишься.

Елена смотрела, не узнавая, и вырвала руку.

– Чешется все сильнее, – пожаловалась она. – Лучше бы я и дальше спала.

– У меня осталось немного таблеток, – нерешительно предложила Тамара. – На пару раз хватит.

«Если мы в ближайшее время не попадем домой, Елена…»

Додумать эту мысль было страшно.

У подруги высокая температура: кожа горячая, в глазах лихорадочный блеск, губы пересохшие и растрескавшиеся. Не обращая внимания на слова Нины, не позволяя ей себя остановить, она скреблась все яростнее, и царапины начали кровоточить.

«Грязными руками Елена занесет инфекцию, а у меня ничего нет, кроме одного пузырька йода, чтобы хоть как-то обработать раны», – в отчаянии подумала Нина и со вздохом произнесла:

– Давайте ваши таблетки. А аспирин есть?

– Четыре штучки.

Как взаимодействуют аспирин и те, другие пилюли? Вдруг их нельзя принимать вместе? Как правильно рассчитать дозу, чтобы не навредить организму? Но придется рискнуть. Без жаропонижающего не обойтись, и лучше пусть Елена спит, чем бесконечно чешется до крови.

Елена приняла лекарства без возражения. Через некоторое время начала успокаиваться, прилегла, закрыла глаза.

– Вот умница, вот молодец, поспи, – тихонько приговаривала Нина, укутывая ее вторым одеялом. Тем самым, на котором лежал (и умер) Сэм.

«Бог мой, что же с нами творится», – думала Нина.

– Уже который день пошел, как мы пропали для всего мира, – сказала Тамара, когда Елена задремала.

– И нас никто не ищет, – заметил Александр.

– Скорее всего, и не будут искать, я же говорила. Или ищут, но не здесь. Или нашли уже, но не нас. – Тамара сцепила руки в замок. – Надо выбираться самим.