Читаем Девятнадцать стражей полностью

«Покров вероятности», – поняла она вдруг. Нечто подобное происходило, когда Зверь использовал свое самое сильное оружие. Что-то изменялось тогда в людях и вокруг них, они внезапно начинали слышать глазами и видеть нюхом. И умирали, задыхаясь, горя, выблевывая растворенные внутренности, превращаясь в кожаные мешки, наполненные кровью и распавшимися в пыль костьми. Единственное оружие Чужих, против которого у них не было никакой защиты. Ни одна броня, ни одна стена, ни один оглупитель не спасет от того, что меняет саму природу реальности.

«Ох… бедные мальчики».

Она молилась.

* * *

– Ни хера себе!!!

– Идут! Иду-у-ут!!! Танки! Сука, где танки?!!

– Не могу…

– Бей! Бей!! Бе-е-е-ей!!!

– Капрал Вергсен, лазером около того транспортера, давай!

– Не могу…

– Идите, да! Сукины дети! Идите! Хотите?! Вот вам! А-а-а-а-а…

– Четвертый взвод. Четвертый взвод, отзовитесь. Лейтенант Семерский из четвертого взвода. Кто-нибудь меня слышит?

– Не могу… двинуться… Не могу двинуться! Не могу дви-и-инуться!!!

– WA 17. Рапорт о повреждениях… двигаться можешь? Стрелять? Пошевели руками. Хорошо. Держи. Когда приблизятся на пятнадцать метров – подорви заряд. Подтверди… Хорошо.

– Лейтенант Баниров… Карл… мне некого вам послать… слышишь? Он накинул на нас покров… слышишь? Карл… из взвода остался я один… Карл… броня заела… Карл… вы одни… помощи не будет…

– Не могу двинуться… это не броня… когда захлестнуло нас покровом, что-то случилось… со мной… зубы выпадают… не чувствую… ничего… вижу их… сто метров… один катится прямо на меня… он все ближе, он…

– Двенадцатый, огонь в квадрат 3В. Повторяю, 3В. Да… да… Летят. Нет… взрывов нет. Повторяю. Снаряды не взорвались. Попробуйте сменить взрыватели…

– Я горю. Слышите? Горю, а не больно. Иисусе, слышите? Ничего не болит. Только дым чувствую…

– Отводи людей! Менес, отводи людей! Сейчас вас отрежут!

* * *

Динамики трещали сообщениями, приказами, просьбами о помощи, грохотом орудий и взрывами. «Land Warrior VI» – лучшая, результативнейшая и самая быстрая система управления, позволяющая штабу наблюдать за происходящим на поле боя и отдавать солдатам приказы в реальном времени.

Или только наблюдать, как гибнут.

Абандалакх ударил покровом вероятности через восемь минут после первого выстрела. За это время солдаты сумели приблизиться к нему на пятьсот метров, ведя огонь изо всего, что у них было, и на одну минуту, на одну коротенькую, болезненно глупую минутку полковник Стэнли Кон-Кавафа понадеялся, что им удастся. Что тварь калехов исчерпала какие-то там свои «батареи» или – что ей нужно время, чтобы исправить повреждения, и поэтому сумеют ее взорвать.

А потом покров развернулся на добрых три километра вокруг твари. Не больше чем на пару десятков секунд, но теперь он не напоминал раскинувшуюся морскую звезду. Радары показали монолитный бублик гнилого фиолета, который мгновенно заполнил пространство и поглотил все отряды.

Когда он втянул покров, Седьмая и Тридцать второй перестали существовать. Те, кому очень повезло, погибли быстро, те, кому просто повезло, – вышли без повреждений, остальные медленно умирали, пока кожа сходила с их тел, кристаллизовавшиеся кости резали плоть или кровь больше не могла переносить кислород. Половина личной брони отказала, и к счастью, в большинстве случаев ее носители к тому моменту уже были мертвы. Было не так уж много худших вещей, чем торчать в окаменевшей скорлупе и ждать, пока палколап наколет тебя на одну из своих пик. То же самое происходило и с оборудованием. У полковника на экране были актуально обновляемые данные. Они потеряли связь почти со всеми танками, только на восточном конце поля еще осталось несколько экипажей, большая часть боевых машин и пустышек тоже отказали. Даже если артиллерия – минометы и пушки – еще могла стрелять, снаряды взрывались в стволе, в воздухе или не взрывались вообще. Они проиграли меньше чем через десять минут после высадки.

В штабе царило замешательство, все кричали, размахивали руками, кто-то громко молился, кто-то из младших офицеров спрятал лицо в ладонях и по-детски расплакался. Полковник Стэнли Кон-Кавафа смотрел на это, ощущая перехватывающий горло спазм.

Он вскочил с кресла с такой силой, что оно полетело под стену. В несколько шагов оказался возле рыдающего лейтенанта, рывком поставил на ноги и вздернул вверх, шарахнув о большой тактический экран так, что по изображению пошли волны помех.

– Тишина!!!

Он и не думал, что умеет так орать.

– Лейтенант Нокс, ты жалкий, гребаный ублюдок. Они там погибают, лишились связи и не знают, что происходит, а мы единственное, что у них осталось. Еще раз увижу, что плачешь, – лично раскрою тебе башку. Уяснил?!

Он приставил мужчине пистолет к голове.

– Уяснил?!

Все замерли, некоторые в позах довольно странных.