Читаем Девяностые от первого лица полностью

   Роман Баембаев (1956-2011) — советско-израильский поэт. Репатриировавшись в 1970-х годах, Баембаев творил в основном на иврите, писал сатирические поэмы социального характера, порой весьма радикального содержания, что обеспечило ему известность в кругу тель-авивской богемы.

¹⁴

   В издательстве ЫепаеЬпауа РЩэа вышли созданные совместно с Романом Баембаевым книги: Бренер А., Баембаев Р. Бонанза. Тель-Авив: ЫепаеЬпауа РЩэа, 1991; Бренер А., Баембаев Р. Тайная жизнь Буто. Тель-Авив: ЫепаеЬпауа РЩяа, 1992; Бренер А., Баембаев Р. Манифест. Тель-Авив: ЫепаеЬпауа РЫяа, 1992; Бренер А., Баембаев Р. Японский Бог. Тель-Авив: ЫепаеЬпауа РЩяа, 1992; Бренер А., Баембаев Р. Супер Вася. Москва: ЫепаеЬпауа РЫяа, 1992; Бренер А., Баембаев Р. Мудаки. Москва: ЫепаеЬпауа РЩяа, 1993 (^на суперобложке — «Кладбище нудистов»).

¹⁵

Перформанс «Плагиат», прошедший в 1994 году в ГМИИ им. А. С. Пушкина.

¹⁶

Маурицио Кателлан (род. i960) — современный итальянский художник, живет в Нью-Йорке, работает в основном в жанре инсталляции. Прославился своей работой La Nona ora (1999; скульптура изображает Папу Римского, упавшего от удара метеорита), проданной за 8оо тысяч долларов.

¹⁷

   Николя Буррио (род. 1965) — французский куратор, искусствовед и художественный критик. Известен как автор термина Relational Aesthetics» (эстетика взаимодействия), предложенного в одноименной работе 1995 года.

¹⁸

   Майк Келли (1954-2012) — современный американский художник, критик и куратор. Как художник известен в первую очередь своими перформансами и инсталляциями. В его работах также присутствуют найденные объекты, текстильные баннеры, коллажи и видео. Он часто работал и готовил проекты совместно с Полом Маккарти, Тони Оурслером и Джоном Миллером.

Одним из моих любимых жанров является комикс. Комиксисты отличаются от современных художников тем, что они должны нарисовать и рассказать, создать историю, показать характер, а это требует совершенно иной степени концентрации и формы жизни. Большинство авторов комиксов — люди-одиночки. Жизнь современного художника — это что-то абсолютно другое, это человек, который в шесть утра просыпается и садится проверять свою электронную почту, дальше он включен в сеть отношений и должен там крутиться. Я в Лондоне однаждь встретил Алана Мура, он живет в маленьком городе в центре Англии, где работает с утра до ночи над тем, что любит, он делает комиксы.

В малых российских городах, оторванных от современного мира, художник может уехать или остаться. Он может обманывать себя, что он гений, а может рассчитывать на местную аудиторию. Но в целом вызов любому художнику — это интернациональная карьера как единственная возможность, это большое напряжение.

С нами солидаризировались только панки, мальчишки, девчонки, но художники — никогда. Есть художники, которые, может, понимают, что мы делаем, другие считают, что я хочу славу себе делать, третьи — что я фашист, четвертые — плохой художник, пятые — просто брутальный тип. С Барбарой мы делаем все вместе. Не работаем, работать — глупо. Это не работа, не деятельность.

4. О роли куратора

У Саатчи есть определенные достоинства, прежде всего то, что он действительно любит искусство, это его страсть. Однако его роль в процессе очень нехорошая, это роль создания новой волны английского искусства, которая является достаточно халтурной и им самим созданной на основе цен. Это было чистое продолжение 1980-х: тогда произошел искусственный бум на искусство, когда цены были взвинчены и ряд галеристов привели новых художников, которые делали цветные мыльные пузыри. Я не говорю, что Шнабель — худший художник, но произошло это все как игра на бирже, игра с финансами.

Есть люди, которые более или менее любят искусство. Например, Обрист и Буррио — эти люди не достойны ни малейшего уважения, это менеджеры искусства, соответствующие новой эпохе технократии. Старое поколение — другие люди по характеру, воспитанию, обращению. Я встречал куратора Зеемана в Барселоне.

Я думаю, что куратор — это вообще человек, который заменил художника. Не пытался, а именно заменил. Сделал вид, что художники — заменимые фигуры, которые можно заменять друг другом, и на этом играет. Художников действительно в этой системе оказалось возможным заменить. То же произошло и с Мизиано. Это не значит, что он плохой куратор, он как раз пытался сделать команду, но этот проект тоже не сработал, потому что он не мог работать с художниками, сделать из них команду, потому что он

не уважал художников и считал, что они заменимы. Это и есть порок новых поколений кураторов.