Здесь же содержалась приписка, даже две, сделанные рукой отца. В первой, под грифом P/S он просил пока придержать эту информацию при тебе — «не нужно, чтобы у вас там возник ажиотаж на пустом месте. Вторая же, помеченная уже угрожающим сочетанием букв PP/S содержала нечто, что я воспринял как прямой намёк: «Приложи все усилия к тому, чтобы твой фантпроект занял достойное место, и приготовься к тому, что отстаивать его придётся всерьёз. Большего пока рассказать не могу, сами скоро всё узнаете — но поверь, дело того стоит!..»

Не то, чтобы я не любил сюрпризы. Просто… они бывают разные, и что-то подсказывало мне, что с тем, на что так восторженно пишет мать и о чём так загадочно намекает отец, дело может обернуться вовсе не так безоблачно. Почему? А бес его знает. Интуиция, она же шестое чувство, она же — квинтэссенция жизненного опыта, на нехватку которого мне грех жаловаться…

VII

— Суть идеи заключается приблизительно в следующем…

Шарль нервничал, а от того говорил быстро, мешая английские и французские слова, так что синхронный перевод, который выполнялаТася, пятнадцатилетняя девочка из Новосибирского кружка юных астрофизиков при одном из тамошних академических институтов, был делом непростым. К счастью, Тосе вполне хватало словарного запаса, чтобы с ходу щёлкать специальные термины, которыми юный француз использовал по поводу и без оного.

— …мы получаем возможность разогнатькосмический зонд до сколь угодно высоких скоростей, возможно даже субсветовых, не покидая пределов Земли и не потратив на это ни единого грамма топлива из бортового запаса.

Слушатели зашумели — заявление было сильным. «Пани Зося», мало что понимающая в космонавтике и физике (она закончила четвёртый курс филфака ЛГУ) постучала карандашом по столу и сделала строгое лицо.

— Тише, пожалуйста! Шарль, мон ами, продолжайте!

Чернявый француз, услыхав такое обращение от первой красавицы среди вожатского состава лагеря, расплылся в довольной улыбке. По моему, он был тайно в неё влюблён — как, впрочем, половина мальчиков старших отрядов.

— Надо пробурить шахту…. Да, шахту-колодец диаметром в десять-пятнадцать метров и глубиной в пять километров, возможно в семь. Тщательно его… как это…. Изолируем? Нет, герметизируем. — продолжала Тася. Всё же иногда она запиналась — по большей части, потому что не могла угнаться за нервничающим «докладчиком».

— Потом откачиваем весь воздух, так, чтобы образовался вакуум…

Хотел бы я посмотреть, как вы будете выкачивать воздух из пятикилометрового ствола диаметром в десять метров… — я едва сдержал сардоническую ухмылку. — Как не бетонируй стены такого «колодца», как не обшивай его сварными стальными листами (да хоть титановыми, один чёрт…) протечки при таких масштабах неизбежны. Впрочем, при желании можно справиться и с этой проблемой — достаточно держать постоянно работающими мощные вакуум насосы…

— … в нижней части устанавливаем один над другим два «космических батута» на расстоянии примерно метров сто один от другого. Вверху устанавливаем на крепёжных фермах космический зонд и по сигналу сбрасываем его вниз! Под действием земного тяготения, зонд разгоняется в вакууме колодца с ускорением равным одному «же» — и попадает прямиком в «горизонт событий» первого «батута»! Оттуда он отправляется в точку старта — и процесс повторяется столько раз, сколько понадобится для того, чтобы зонд приобрёл нужную скорость. Когда это происходит — отключается первый, верхний «батут» и одновременно включается нижний — и он-то отправляет наш «полезный груз прямиком в космическое пространство, в заранее заданную точку! И всё, дело сделано — корабль летит к звёздам на субсветовой скорости, без всяких там фотонных отражателей и антивещества! Конечно, реализовать такой проект будет очень непросто, но можно сначала построить уменьшенный действующий образец — скажем, с колодцем диаметром в один метр и глубиной метров в восемьсот.

Слушатели некоторое время молчали, переваривая сообщение. Я их понимал — что-то в было в этой идее… что-то, неуловимо схожее с бароном Карлом Фридрихом Иеронимом фон Мюнгхаузеном, вытаскивающим себя из болота за волосы вместе с конём.

Наконец во втором ряду взлетела вверх рука. Ага, Середа — что ж, следовало ожидать…

— А сколько раз придётся повторить этот цикл для разгона… ну, хотя бы до одной трети световой? — спросил калужанин. — Этой скорости в принципе достаточно для полётов к планетам-гигантам и поясу астероидов…

Шарль затараторил что-то на чистом французском, Тася осеклась, беспомощно всплеснула руками, затормозив, таким образом, учёный диспут. А когда с вынужденным затыком справились — выяснилось что да, процесс разгона может затянуться даже и не на один год, но Шарль вовсе не считает это помехой. Экипажа в зонде (и уж, тем более, в макете) нет, времени навалом. Можно, добавил юный француз, построить экспериментальный образец ещё меньше — скажем, с глубиной колодца 50-70 метров,для проверки принципа действия этого вполне достаточно!

Следующий вопрос задал земляк нашей «синхронной переводчицы», парень из Новосибирска: