Читаем День космонавтики полностью

Подсказку я нашёл почти сразу, и даже не одну — правда, первая оказалась не на книжных полках, а в углу, за письменным столом. Длинная сумка из плотной клетчатой ткани в форме груши с очень сильно вытянутым верхним кончиком и молнией по всей длине — я в первого же взгляда узнал сугубо специфический аксессуар, используемую спортсменами-фехтовальщиками. Осторожный взгляд выявил так же маску — довольно-таки покоцанную, что ясно свидетельствовало о частом использовании. Тут же имелась сразу три спортивные рапира, одна из которых была снабжена характерной рукоятью-«пистолетом», отлитым целиком из алюминия и с электроразъёмом на внутренней стороне щитка; две другие оказались типичным оружием новичка — с обычной, слегка изогнутой обрезиненной рукояткой, с гайкой-навершием в виде пластикового усечённого конуса. Верхняя четверть клинка «продвинутой» рапиры была замотана пластырем — ага, значит хозяйка участвует в достаточно серьёзных соревнованиях, где используется электрофиксация укола? А ведь это первый юношеский, никак не меньше…

— Давно занимаешься? — спросил я шёпотом, увидав, что Ленка перехватила мой взгляд.

— Ага, в Лужниках. — кивнула девочка. — Змой сдала на второй взрослый!

…Второй взрослый? А что, очень даже неплохо…

Я совсем, было, собрался развить тему, как вдруг в глаза мне бросилась вторая подсказка — томик «Трёх мушкетёров» полке, над самым письменным столом. Причём — не «макулатурная», с силуэтами гасконца и его друзей, вроде той, что стояла (а может, и сейчас стоит?) у нас дома, а гораздо более раннее издание, из «Библиотеки приключений и фантастики». Ого, а рядом-то — «Двадцать лет спустя», и тоже не «макулатурное» издание, а куда более раннее, чуть ли не пятидесятых голов. Когда-то я сам прочёл продолжение похождений знаменитой четвёрки в этом самом томике со связкой шпаг на бледно-жёлтом коленкоровом переплёте……

— Нравится? — кивнул я на книги.

Кажется, она покраснела — в самом деле, как-то несолидно взрослой уже барышне увлекаться явно «мальчуковым» чтивом — но всё же кивнула.

— Здорово! — ответил я. — У меня они тоже на полке любимых книг. Кстати, и песенка есть подходящая. Подыграешь?

Честно говоря, первой мыслью было спеть «Пора-пора-порадуемся…», ставшую бессмертной в исполнении Боярского, но что-то меня остановило. Сам сериал должен выйти на экраны лишь через пару-тройку лет, но многие песни из него звучали в более раннем музыкальном спектакле Дунаевского — я сам когда-то видел его в Московском ТЮЗе. Есть там именно эта песня или нет, я не помнил, но экспериментировать не стал — очень уж хотелось удивить именинницу чем-то, чего она ещё не слышала, но обязательно романтическим.

Что ж, вы просите песен? Их есть у меня!

Спасибо старым моим знакомым, бывшим ролевикам и реконструкторам, увлечённым темой семнадцатого века. Это была часть большого музыкального спектакля «Роман плаща и шпаги» — собственно, не песня даже, а скорее стихи, исполняемые под гитарную музыку. Так я и поступил, и наградой мне была тишина, после первых же аккордов повисшая в комнате.

Именинница, прежде чем начать импровизированный концерт, зажгла несколько свечей, вставленных в горлышки бутылок из-под шампанского (одна из них уже почти скрылась под натёками разноцветного воска), и потушила верхний свет. Так что обстановка целиком соответствовала.

Ленка удивилась, конечно, но вида не подала — начала подыгрывать, сначала тихо, потом, уловив ритм стихов, принялась импровизировать смелее, и я отметил, что мне с моими пятью аккордами и двумя баррэ до её уровня владения инструментом как до Луны… на четвереньках.