Читаем День Десантника полностью

– Знаете, – начал толстячок, когда возгласы наконец поутихли. – Когда со мной связались ваши руководители и попросили толкнуть речь… Признаюсь, я понятия не имел, как мне удастся с серьезным лицом прочитать всё то, что они мне прислали. Мастер выразительного чтения из меня, если честно, никакой. Но накануне какой-то злобный вирус сожрал весь текст. – Гость лукаво улыбнулся и продемонстрировал пустую голографическую планшетку. – Поэтому мы с вами просто пообщаемся. Смело спрашивайте, что вам будет непонятно, и не сильно удивляйтесь, когда я в разгаре повествования буду кружить по сцене и размахивать руками, хорошо?

В зале, смеясь, закивали.

– Итак, – продолжил он уже серьёзным тоном. – С самого начала я хочу открыть простую истину, которая мало кому из вас понравится: мы всё делаем неправильно!

Два года назад

Тучный инспектор в который раз жалобно вздохнул и попытался сосредоточиться на тексте очередного документа. Стоило только прочитать пару пустых казённых фраз, как они бесследно растворялись в потоках взбудораженного сознания. Наконец, он всё-таки сдался и раздражённо отшвырнул планшетку. Из головы никак не выходил последний разговор с шефом, итогом которого стало это неожиданное путешествие к чёрту на рога.

«Ты – наш лучший сотрудник! Именно на тебя Корпорация сделала ставку в этой непростой ситуации…»

Инспектор с горечью усмехнулся. Расклад получался проще некуда – от него хотели избавиться, а в кресло руководителя отдела посадить этого высокомерного юнца Колвина, племянника одного из Соучредителей. Наладить хоть что-нибудь в этом Богом забытом месте пытались многие, но практически все потерпели фиаско, так что его направили на заведомо безнадежное задание.

Энджело с кряхтеньем встал с жёсткой кушетки и подошёл к обзорному иллюминатору, в котором гордо сияла местная звезда – желтый гигант Римус. Планет у светила было немного – всего три, остальные постепенно поглотила разрастающаяся корона. Поговаривали, что со временем Римус превратится в Новую, или даже Сверхновую, но ждать этого события нужно было ещё сотни тысяч лет.

«Ну, по крайней мере, от взрыва звезды я точно не умру», – невесело пошутил про себя инспектор и начал масштабировать изображение, чтобы увидеть конечный пункт своей поездки – Глорию.

По-научному, она являлась спутником одного из газовых гигантов, вращающихся на орбите Римуса, но её упорно продолжали называть планетой. В полтора раза тяжелее Земли, она имела сложную по составу атмосферу и была забита полезными ископаемыми под завязку.

В общем, заурядный ресурсный планетоид, если не считать того, что здесь была паранефть, которая шла на синтез всевозможной органики. Населённые планеты у Объединённых Звездных Систем наперечёт, и Глория же, хоть и имела разумных представителей, под Конвенцию пока не попадала, и Разработчики накинулись на неё как стервятники на падаль. Было это пятьдесят лет назад…

С тех пор строптивая планета поменяла множество хозяев, но со своими сокровищами расставаться не спешила. Всё дело было в невероятно живучей биосфере, приспособившейся к экстремальному радиационному фону желтого гиганта. Любая форма жизни здесь настолько стремительно мутировала, что давать ей таксономические названия не имело смысла. Это же касалось и тех самых разумных существ, находящихся по уровню развития в районе позднего Средневековья.

Хоть паранефть и залегала рекордно высоко к поверхности планеты, добывать её из-за постоянных нападок представителей фауны было очень проблематично, а транспортировка вообще представляла собой сущий кошмар. Какие бы методы борьбы ни применяли очередные Разработчики, через поколение все оказывалось неэффективным.

В настоящий момент Глория находилась на балансе Корпорации, где работал Энджело, и едва покрывала средства, вкладываемые в неё. Статистика была удручающая: лишь один из трех транспортных челноков покидал пределы глорианской атмосферы, а мобильные нефтедобывающие установки существовали в целости не дольше пяти недель.

Если бы добыча не была почти полностью механизирована, потери среди персонала были колоссальные. Люди, в основном, болтались на орбите в «Калипсо» – станции космических миротворцев, с которыми был заключён контракт на вооруженную защиту. На самой же поверхности находились всего три постоянных базы, которые инспектор должен был посетить.

– Уважаемые пассажиры, до подлёта к станции осталось двадцать минут! – приятным голосом известил интерком.

Пора было собираться.

– Ну, что ж, надеюсь, меня тут запомнят надолго, – подбодрил себя Энджело, стараясь побороть нарастающее беспокойство.

Почему-то казалось, что именно так и будет.

* * *

В кабинете его ждали двое – широкоплечий здоровяк в форме, стриженный под ноль, и сухопарый мужчина в гражданском, с тонким, интеллигентным лицом. Крепыша звали Давид Калахен, и он был главой миротворцев. Должность худощавого Лисовского взволнованный Энджело вспомнить не смог, кажется, что-то связанное с наукой.