Читаем Демоны ЖКХ полностью

Янис остановился, посмотрел на расстроенную девушку сверху вниз. Обычно макушкой она едва доставала ему до плеча, но сегодня зачем-то надела розовые босоножки на высокой платформе, а заодно и возмутительно короткую юбочку, демонстрируя всем свои очаровательные коленки.

– Сложно дружить с человеком, на которого у тебя стоит, ясно?

Адель не нашлась, что и сказать. Снова он с ней играет или все же говорит, как чувствует?

– Почему нельзя? В смысле, я не против, если…

– Зато я против, – пресёк рассуждения Гертнер. – Маленькая еще о таких вещах думать. Фу, Адель, фу!

Рискнув глянуть на собеседника, она увидела, что тот смеётся.

– Ты невыносимый!

Не выдержав, девушка расхохоталась вслед за Янисом.

– За это я тебе и нравлюсь, принцесса.

Покачав головой, Адель позволила мужчине увлечь ее дальше по широкой аллее туда, где зеркальной гладью блестел широкий пруд. Берега сплошь обступили деревья, днем создавая на воде ажурную прохладную тень, а вечером даря особое уединение тем, кто подплывал к склонившимся ветвям особенно близко.

Янис помог спутнице сойти в зыбкую лодку, все так же крепко держа ее за руку. Как у него выходит быть настолько привлекательным? Адель уже перестала смущаться и теперь просто смотрела на темноволосого красавца во все глаза.

Пока они шли к станции проката, на Гертнера оборачивались проходящие мимо женщины, провожая его восхищенными, а Адель явно завистливыми взглядами. Сам виновник переполоха ни на кого внимания не обращал, подтверждая тем самым теорию Ольги, но при этом постоянно смущал Адель своими откровенными высказываниями, чем разбивал умозаключения Оли в пух и прах.

«Да какая разница, какой он ориентации, если он мне нравится?! – рассердилась Адель, в который раз засмотревшись на ветки сакуры, что цвели на запястьях. – И, кажется, я ему тоже интересна!»

Ей представлялось, что с Янисом она словно бы бесконечно долго мчится на американских горках, то падая вниз до сладкого биения в животе, то взмывая ввысь с такой скоростью, что перехватывает дыхание. С Ромой все было иначе – с ним они разговаривали на равных, близкие друг другу по возрасту, по интересам. Он не насмешничал, как Гертнер, не подначивал и не искушал, то намекая на постель, то говоря, что Адель еще совсем ребенок.

Вода пенилась о весло, мелодичным плеском разбивалась о нос лодки. Свесив руку в темную прохладу пруда, Адель думала как далеко способна зайти сегодня? Что, если Янис ее поцелует? Что, если пригласить его зайти на чай? Что, если сбудется недавний сон и утро придется встретить вместе? Ох, нет, об этом пока и думать-то стыдно!

– Расскажи о себе, Адель, – велел Гертнер, продолжая грести. – Мне кажется, у тебя есть не русская кровь.

Как интересно он спрашивает, подумалось девушке. Командует, даже не беря в голову, что она может и отказаться делиться семейными тайнами. Но ведь она сама прекрасно понимала, что станет, что охотно расскажет ему все, тая под взглядом глаз цвета неба.

– Дедушка родился в Румынии, а потом приехал сюда учиться, встретил бабушку, да так и остался.

– Почему?

– Влюбился, – улыбнулась Адель. – Разве ты не веришь в любовь?

– Нет, – пожал плечами Янис. – Я верю в секс. Мне кажется, это рационально.

– А мне кажется, это глупо, – фыркнула она. – Можно любить и не… не…

– Не трахаться? – закончил за неё мужчина, делая последний сильный гребок и сажая лодку на мель. – Можно, но зачем? Выходи, принцесса, дальше идем пешком.

Адель огляделась, не понимая, куда они приплыли. Янис уже стоял на берегу, протягивая ей руку.

– Куда мы?

– В очень красивое место. Смелее, ну! Я же с тобой.

Пройдя сквозь заросли камыша по узкой тропинке, они оказались в устье неширокой речушки, что несла свои темные торфяные воды цвета Кока-Колы в парковый пруд.

– Я сюда никогда не спускалась!

Удивленная неожиданным открытием девушка бодро шагала вслед за начальником ЖКС, правда, периодически проваливаясь каблуками во влажную от воды землю. Они поднимались вверх по течению, все дальше уходя от оживленных аллей и вообще от цивилизации.

– Снимай туфельки, Золушка, дальше идем по воде, – велел Янис, стаскивая кеды.

– Туда?! Зачем?! Я заболею завтра, если полезу в холодную воду, – запротестовала Адель. – Давай не пойдем, пожалуйста! Я там умру в страшных муках!

– Не заболеешь, обещаю. Снимай!

Усадив девушку на еще теплый камень, Гертнер дождался, пока она разуется и возьмет босоножки за ремешки. Ноги тут же кольнула трава, а прохладная, полная влаги почва перепачкала пятки. Это никак не походило на свидание в ресторане, но Адель почему-то нравилось чудить с Янисом и делать так, как он хочет. Сам мужчина ее мечты казался таким близким и совсем не страшным в закатанных джинсах и босиком. Ах, если бы он влюбился в нее вот сейчас, вот прямо сейчас, не сходя с этого места!

«Размечталась, – обругала она саму себя. – Разве так бывает, чтобы сразу и взаимно?»

Речка, текущая чрез парк, была неглубока, а в такое жаркое лето и вовсе мелела до состояния ручья. Только весной, в половодье, она становилась бурной, пенилась, разбиваясь о камни, что в изобилии лежали в ее русле.