Читаем Демон плюс полностью

– Звучит славно, – прервал его domine, вылезая из бассейна. – Но видишь ли, ты забыл предположить одно. А что, если и это в конце концов не сработает?

Маркус подхалимски, но все же отрицательно покачал головой.

– Простите, великий domine, но такого не может случиться, – твердо заявил он. – Я много повидал на этом свете, посему позволю себе утверждать: кража ослика у слепого ребенка и шикарная вилла на Кипре на деньги безногой вдовы способны угробить карьеру любого политика. Даже такого, которому население легко простит развлечение с блудницами в престижных термах.

…Клубы пара заколыхались. Сначала из схожих с сахарной ватой облаков показалась сморщенная рука – на среднем пальце тускло блестел перстень, украшенный золотым орлом. Тога с пурпурной оторочкой, выполненная из лучшего шелка, небрежным узлом стянулась на плече человека, обрюзгшее лицо которого было покрыто морщинами, словно пахотное поле бороздами. Domine подошел вплотную к Маркусу, лениво шлепая по мокрым плитам ногами, облаченными в пятнистые сандалии из кожи жирафа. На плешивой голове с редкими остатками влажных волос красовался желтый обруч, напоминающий девичий венок, сходство усиливали изящные завитки по краям, выполненные ювелиром в виде листьев. Ноги отказались держать Маркуса, из него словно разом выдернули кости – он мешком повалился на колени, судорожно ловя руку с золотым кольцом. Его губы коснулись затуманенного паром изображения орла.

– Ave, – прошептал он, не находя других слов. – Ave…

– Я не могу обрести способность нормально спать, – с мукой признался domine, глядя на Маркуса сверху вниз. – Как только я смыкаю веки, меня охватывает тяжелое забытье. Раз за разом я вижу во сне полный триумф Кудесника, счастливого от осознания своей победы. Можно ли сказать, что он умер – если этот фокусник с ослом заполучил вечную жизнь? Мое сердце заполняет холод, хребет грызут африканские гиены, а взор застилает черная пелена горчайших слез. Передо мной разверзлась бездна ужаса. Падение Рима, пресытившиеся кровью и золотом бронзовые лица пьяных варваров на улицах «вечного города». Каменные лица цезарей, разбитые вдребезги обезумевшей толпой. Лежащие в руинах храмы, и сияющий над развалинами его символ – деревянный крест… Рим, переполненный изображениями Кудесника – гранитными, мраморными, золотыми. Им уже несть числа, а жрецы воздвигают все новые и новые, славя его сладкими песнопениями среди миллионов сторонников. Отчего я вижу все это? Потому что тупые чиновники Ерушалаима – и первосвященники, и римский наместник – осуществили мечту Кудесника, дали ему умереть.

– Да, – отвечал Маркус, не слыша своих слов – губы двигались в такт поцелуям, которыми он покрывал перстень. – Да… ваше величество.

– Встань, – милостиво произнес скрипучим голосом пятикратно пресветлый цезарь Римской империи – Tiberius Claudius Nero, а сокращенно – попросту император Тиберий. – Уж не думаешь ли ты, что я позволю бродяге с подержанным ослом завоевать весь мир? Я настолько искушен в дворцовых интригах, что по цвету соуса распознаю яд в салате из соловьиных язычков. У меня заготовлено последнее решение. И на этот раз – я не промахнусь.

– Какое решение, imperator? – верноподданно спросил Маркус, подбирая свитки. – Ударим суперкомпроматом – кражей сразу двух хромых осликов?

Смех цезаря сухим хворостом треснул под сводами терм.

– О нет, – ухмыльнулся Тиберий, поправляя золотой венец. – Мы пойдем другим путем. Раскрой свои уши и слушай, что пришло мне в голову…

…Подробное изложение блестящего императорского плана привело опытного Маркуса в бурное волнение. Несколько раз подряд он суетливо и быстро потер руки.

– Но… вы же понимаете… великий цезарь… это не вполне законно…

Наивная фраза развеселила Тиберия еще больше, чем предыдущая.

– Закон в империи – эта я сам, – рассмеялся он, игриво хлестнув Маркуса краем своей тоги. – Все, что пожелает император – законно. Не слушай жирных коров с кольцами всадников[44], просиживающих задницы в Сенате. Во имя спасения отечества я волен применять любые методы. Мне важно твое мнение – как специалиста в политике. Скажи мне, что ты обо всем этом думаешь? И пора приступать – времени на обсуждение не осталось.

…Маркус закончил обдумывание быстро – минуты за полторы.

– Неплохая идея, – признался он, добавив в голос полсотни кувшинов сахарной патоки. – Возможно, надо было начинать именно с нее, а не с попыток «пиарус нигер». При очевидных сложностях она обязательно решит проблему с Кудесником. И даже не столько с ним, сколько с его приближенными. Кстати, не могу сказать, что мы проиграли всухую. Один из его учеников погиб в ходе удара молнии, а другой – исчез. Говорят, он решил покинуть Кудесника, разочаровавшись в провале фокуса с зомби. Делайте, как решили. Но у меня один вопрос, imperator. Зачем теперь вам нужен я?

– Веришь ли, – усмехнулся Тиберий. – Я сейчас думаю о том же самом.