Читаем Декалог 3: Последствия полностью

И Тёрлоу был там не один. Там было больше ста человек, включая обнадёживающую фигуру Доктора. Тёрлоу подбежал к нему, но улыбка быстро сошла с его лица, когда он понял, что это не Доктор.

Это был Мудрец.

– Опять вы, – недовольно сказал повелитель времени. – И это всё, я так понимаю, из-за ваших некомпетентных действий? Когда я вернусь на Галлифрей, я организую полный пересмотр академических стандартов...

– Тёрлоу?

Обернувшись на знакомый голос, Тёрлоу оказался лицом к лицу с настоящим Доктором. Как он надеялся.

– Ты жив, – запыхавшись, сказал Доктор. Затем недовольно посмотрел на Мудреца. – Впрочем, твой выбор друзей меня не сильно радует.

– Ты не можешь объяснить мне, что происходит? Где мы?

– Мы всё ещё на Гераклите, – объяснил Доктор, уводя Тёрлоу от Мудреца. – Вернее, на одном из Гераклитов. Похоже, их тут очень много, не находишь? – он обвёл руками комплекс.

Тёрлоу на секунду нахмурился, а затем понял, что все люди в комплексе были Калуны, Уллии, Доктора, и Тёрлоу. Одеты они были по-разному, но все были вариациями на четыре знакомые темы.

– Параллельные вселенные?

– Не совсем. Я уже начал строить гипотезу перед тем, как Сплайн был перегружен, но оборудование в той реальности было слабоватым. А вот это место кажется подходящим.

Сказав это, он пошёл к большому столу, бирюзовая поверхность которого была покрыта узором из тёмно-синих линий, похожих на печатную плату. Тёрлоу рассказал ему о своих похождениях в его версии Гераклита.

– А что вы тут делаете? – раздался знакомый голос.

Позади них стоял Уллий. Но этот Уллий очень отличался от Верховного Жреца. Вместо жестокости и чванства на его лице было научное любопытство.

– Полагаю, вы как-то связаны с этим? – он обвёл рукой собравшуюся толпу.

– Профессор Уллий, – сказал Доктор, пожимая ему руку. – Я Доктор, а это Тёрлоу. Остальные... думаю, вы сами их узнаете. Боюсь, что имела место неполадка Сплайна. Я повелитель времени и прибыл сюда, чтобы всё исправить.

– Повелители времени? – усмехнулся Уллий. – Посол говорил о них, – он грустно улыбнулся. – Как жаль, что он погиб до завершения Сплайна, он бы так им гордился. А впрочем, откуда лорку было знать, что загрязнение Гераклита вызовет у него рак?

– Лорк? – нахмурился Доктор. – Невысокий, похожий на плюшевого мишку с четырьмя руками?

Уллий кивнул.

– Не знал, что они разработали темпоральные технологии, – он потёр руки и улыбнулся: – Кто знает, может быть, кто-то оставил машину времени в одном из их кораблей-хранилищ. Как бы там ни было, очень приятно с вами познакомиться. Быть может, нам удастся всё исправить.

Пальцы Доктора бегали по поверхности стола, и в такт им раздавался писк. Спустя несколько минут сосредоточенной работы он поднял глаза.

– О боже. Это совсем не то, что я думал, – он сложил пальцы домиком. – Профессор, то, что я вам сейчас скажу, может оказаться весьма печальным; прошу простить за это. Понимаете, это всё связано с повелителями времени...

Когда Доктор начал свой рассказ, Тёрлоу увидел, что лицо Уллия бледнеет, искра надежды угасает. Что же, этот рассказ нельзя было назвать оптимистичным.

Целую минуту после того, как Доктор закончил, Уллий молчал, переваривая услышанное. А затем он заговорил, его голос был сухой и резкий.

– Четыре года? Мы обречены провести вечность переживая вновь и вновь четыре года? – Уллий, казалось, был готов расплакаться. – Вся моя работа, всё это было напрасно.

А затем он нахмурился:

– А как это объясняет всех этих людей?

Доктор развёл над столом руками:

– Как я уже сказал, повелители времени допустили ошибку. По-видимому, поверхность петли времени не гладкая; как зеркало с кривизной, она отражает с искажениями. За столетия, прошедшие со времени создания петли, ваша планета много раз достигала конца отведенных четырёх лет, а затем отскакивала обратно, так сказать, под небольшим углом. В результате получалась ещё одна, параллельная версия Гераклита. И каждое отражение всё сильнее и сильнее отклонялось от оригинала.

Он обвёл руками весь комплекс.

– События в тех реальностях, в которые попали я и Тёрлоу (и, по-видимому, в реальностях этих остальных людей) должно быть, на мгновение сломали барьеры между вселенными и выбросили нас сюда. Вообще-то, на барьерах должно быть полно тонких мест; это сквозь них поступали твои подношения, Тёрлоу. Всякий хлам, пересекающий границы.

– Но если повелители времени приняли меры до того, как на Гераклите разработали путешествия во времени, то как вообще был построен Сплайн? – спросил Тёрлоу.

Доктор пожал плечами:

– Вот это вопрос, на который я бы хотел узнать ответ. Тут ещё происходит ещё что-то... Я чувствую это.

Их внимание привлёк шум в дальней стороне комплекса. «Мудрая» версия Доктора спорила с одним из Уллиев.

– Проблемы, – пробормотал Тёрлоу, спеша к ним.

А затем он понял ещё одну проблему. Откуда, чёрт возьми, взялся Мудрец? Если Гераклит был запечатан во временном пузыре, все его альтернативные версии, то как сюда попал Доктор из параллельного Галлифрея?