Читаем Деяния саксов полностью

31. Славная, благороднейшая, обладающая исключительной мудростью королева, по имени Матильда[633], родила ему [Генриху] еще и других детей. [А именно] первородного сына, любимца мира[634], по имени Оттон[635], второго [сына], нареченного именем отца, мужа храброго и ловкого, Генриха[636], и, наконец, третьего, по имени Бруно[637], которого мы видели[638] как выполняющего обязанности и архиепископа и великого герцога. И пусть никто не считает его [Бруно] повинным в этом, так как мы читаем, что и святой Самуил и многие другие были в одно и то же время и священнослужителями и правителями. Она родила ему также еще и вторую дочь[639], которая вышла замуж за герцога Гуго. А сама госпожа королева[640] была[641] дочерью Тиадорика[642], братьями которого были Видукинд[643], Иммед[644] и Регинар[645]. А этот Регинар был тем самым, который воевал против датчан, в течение долгого времени опустошавших Саксонию, он победил их и освободил отечество от их вторжения вплоть до сего дня; а были они [эти три брата] потомками великого герцога[646] Видукинда, который почти в течение тридцати лет вел жестокую войну против Карла Великого.

32[647]. Когда внутренняя война уже кончилась, вновь по всей Саксонии пошли венгры, они предавали огню города и селения и совершали повсюду такое кровопролитие, что угрожали величайшим опустошением. Король же находился в крепости города под названием Верлаон[648]. Ибо [в борьбе] против столь жестокого племени, [как венгры], он не мог положиться на воинов, еще неопытных и привыкших [лишь] к внутренней войне. Какую резню учинили в те дни [венгры], сколько они сожгли монастырей, об этом, полагаем, лучше умолчать, чем вновь повторять[649] описание наших бедствий. Случилось так, что одного из венгерских князей взяли в плен и связанным привели к королю. Венгры же настолько почитали этого [князя], что за выкуп его предложили громадное количество золота и серебра. Но король отказался от золота, он потребовал мира и, наконец, добился его; после того как пленного вместе с дарами возвратили [венграм], был провозглашен мир на девять лет[650].

33[651]. Когда король перешел Рейн с целью распространить власть над Лотарингией, к нему прибыл посол Карла и, приветствуя его в смиренных выражениях, сказал: «Мой господин, Карл, наделенный некогда королевской властью и недавно лишенный ее, послал меня к тебе заявить, что для него, окруженного врагами, нет ничего более отрадного, ничто не доставляет ему большего удовольствия, чем слышать о твоей славе и твоих великолепных успехах, чем утешаться при известии о твоих доблестях. И [Карл] посылает тебе это как знак верности и доверия». [При этих словах] он вынул из-за пазухи руку достопочтенного мученика Дионисия[652], оправленную в золото и драгоценные камни[653]. «Возьми это, — сказал посол, — как залог вечного мира и взаимной любви. Карл очень желает поделиться с тобой этой частицей святых останков, составляющих единственное утешение франков, населяющих Галлию, после того как славный мученик Вит[654] покинул нас нам на погибель и посетил Саксонию[655], принеся вечный мир вам. Ибо после того, как тело его перенесено от нас, у вас прекратились внутренние и внешние войны, и как раз с этого времени датчане и норманны стали производить вторжения в нашу страну»[656]. Король [Генрих] с величайшей благодарностью принял божественный дар, преклонился перед святыми останками и почтил их величайшим уважением.