Читаем Дальние рейсы полностью

Северо-восточнее Диксона есть группа многочисленных мелких островов, объединенных общим названием — архипелаг Норденшельда. Люди здесь появляются очень редко. Из записок Толля известно, что во время вынужденной зимовки он не терял времени даром: совершил несколько санных рейсов для обследования Таймыра, побывал в архипелаге Норденшельда. Здесь, на маленьком клочке суши, который едва различим среди ледовой пустыни, участники экспедиции соорудили из снега и льда домики, приспособили их для ведения магнитно-метеорологических наблюдений. Клочок земли был официально назван островом Наблюдений.

За прошедшие десятилетия никто, наверно, не бывал на этом островке. Таких, как он, много в архипелаге Норденшельда, он затерялся среди своих мелких близнецов-братьев, и о нем просто забыли. Лишь недавно группа моряков-гидрографов, работавших в архипелаге, добралась и до острова Наблюдений.

Приблизившись к берегу, моряки с удивлением заметили на самом высоком месте скалистого островка большую пирамиду-гурий, сложенную из плоских камней. Вершину ее венчал остроконечный камень, похожий на конус. Действительно, было чему удивляться, встретив следы пребывания человека на этом заброшенном клочке суши! Моряки подошли к пирамиде и увидели потемневшую латунную доску, прикрепленную к большому валуну, лежавшему в основании гурия. На доске написано: «1900—1 гг. Русская полярная экспедиция. Яхта «Заря»». Дальше обозначены координаты острова.

Моряки осмотрели пирамиду и островок, молча постояли возле гурия, сняв шапки, а потом сфотографировали гурий и ушли, не тронув ни одного камня. Пусть останется этот памятник для грядущих поколений…

Одиннадцать месяцев пробыла «Заря» в ледовом плену возле Таймыра и лишь в августе 1901 года двинулась дальше. Обогнув мыс Челюскина, экспедиция Толля почти по чистой воде благополучно дошла до острова Беннета. Земли Санникова экспедиция не обнаружила, но Толль связывал это с густыми туманами, которые ограничивали видимость. Он решил зазимовать возле острова Беннета, чтобы продолжать поиски на следующий год. Однако приблизиться к берегу помешали льды, и «Заря» вынуждена была отступить, отойти к острову Котельному, который хорошо знаком был Толлю по предыдущим экспедициям. «Заря» осталась в полярных льдах на вторую зиму. Но у экипажа не было ни уныния, ни упадка сил, которые преследуют людей, долго пробывших среди темного, пустого и холодного безмолвия Арктики. Главным источником энергии и веры в успех был для людей сам Эдуард Васильевич Толль.

Ученый с большой эрудицией, утонченный интеллигент, аккуратный и сдержанный человек со строгим характером, он умел мечтать и «заразил» своей мечтой весь экипаж. Он работал наравне с матросами, любил рассказывать им то, что сам знал о Севере. А знал он, вероятно, немало. Люди поражались его целеустремленности: если он ставил перед собой какую-нибудь задачу, то обязательно выполнял ее, и не с натугой, не из последних сил, а с шуткой, с твердой верой в конечный успех.

Когда появились первые признаки северной весны, Эдуард Васильевич не стал дожидаться, пока «Заря» освободится от ледяных оков. Взяв с собой трех надежных спутников, он на собаках отправился к острову Беннета, чтобы исследовать его и попытаться пройти дальше, к Земле Санникова. Интересно, что Великую Сибирскую полынью Толль пересек на дрейфующей льдине и лишь небольшой участок пути прошел на предусмотрительно взятых байдарках.

По плану экспедиции «Заря» должна была осенью приблизиться к острову Беннета и принять на борт четырех исследователей. Однако ледовая обстановка в 1902 году выдалась очень тяжелая, яхта сделала несколько попыток пробиться к группе Толля, но подойти к острову не смогла. Близилась зима, и судно могло третий раз оказаться среди льдов. А на нем уже ощущалась нехватка продовольствия, появились больные. Но главное — на нем не было самого Толля, людям не хватало надежды и оптимизма.

Капитан «Зари», как и предусматривала инструкция, повел яхту к материковому берегу. До сильных морозов судно успело войти в бухту Тикси, в то время совершенно безлюдную. Бросив здесь изрядно пострадавшую яхту, команда по берегу отправилась в обжитые места. Толль и его спутники были предоставлены самим себе. Они могли либо зазимовать на острове Беннета, либо перебраться на южные острова Новосибирского архипелага, где имелись экспедиционные базы. Так предполагали те, кто интересовался судьбой экспедиции.

Пришла зима, а от группы Толля не было никаких сообщений. Судьба ученого и его спутников тревожила организаторов экспедиции. В газетах появились статьи, требовавшие начать поиски.

Академия наук снарядила две спасательные партии. В одну из них вошел Никифор Алексеевич Бегичев, бывший волжский рыбак, военный моряк, служивший боцманом на шхуне «Заря» и очень привязавшийся в Толлю. Понимая, как трудно будет достичь острова, Бегичев заранее подготовил в устье реки Яны добротный вельбот. Его погрузили на нарты, и собаки потащили суденышко по снегу и льду на остров Котельный.