Читаем Д'Арманьяки полностью

Герцог Бургундский резко встал из-за стола и покинул совет. Его оскорбили, а он этого никому не прощал.

* * *

На следующее утро, тепло поблагодарив его высочеств за длительное гостеприимство, Луиза в сопровождении Капелюша и Таньги отправилась в обратную дорогу. Путь был неблизкий. А из-за плохих дорог и состояния Луизы приходилось двигаться медленно. По этой причине они прибыли в Осер почти через три недели после того как покинули Бурж. Первая неприятная новость, которая ждала Луизу по прибытии домой, была о том, что Филиппа не было в замке. Он уехал днём раньше, не дождавшись их приезда. Никто, даже Жорж де Крусто, не знал, куда он уехал. Филипп взял с собой лишь 10 человек и, не объясняя ничего, уехал. Луиза почувствовала недоброе, но долго ей думать об этом не пришлось. На следующий день после своего приезда она внезапно почувствовала себя плохо. Испуганные слуги позвали лекаря. Лекарь тотчас же прибежал. Едва взглянув на бледную Луизу, которая лежала в постели и стонала, он приказал принести горячую воду. Все поняли, что настало время родов. В тот момент, когда лекарь, засучив рукава, суетился над Луизой, Филипп подъехал к дофину, который стоял в окружении своих приближённых на небольшой возвышенности близ города Монтеро и взирал на мост, находившийся в двухстах шагах от места, где он находился. Филипп спешился. Приближённые дофина расступились, давая ему место. Филипп встал рядом с дофином.

– Вот здесь должна произойти эта встреча, – дофин указал рукой на мост. В ответ Филипп коротко кивнул, давая знать, что понимает смысл слов дофина. Они стояли в полном молчании. Воды Йонны мирно протекали под мостом, уходя всё дальше и дальше, в места, куда не охватывал взгляд. Филипп наблюдал за рекой и думал. Река похожа на вечного странника, который совершает один и тот же путь, зная, что её милость позволяет людям не умирать от жажды. Кто мог указать реке этот путь, если не господь бог!

Услышав отдалённый топот, Филипп оторвался от созерцания Йонны и обратил взгляд на мост. С другой стороны к нему подъехала кавалькада всадников. Помахав издали им рукой, один из них отделился от других и въехал на мост.

Дофин повернулся к Филиппу.

– Я выполнил своё обещание, – торжественно произнёс он, – он твой!

Филипп, не говоря ни слова, снова вскочил на коня и пустил его рысью по направлению к мосту. Оба всадника встретились посередине моста.

– Кто ты? – удивлённо спросил герцог Бургундский, увидев вместо дофина незнакомое лицо.

– Тот, кто пришёл выполнить свою клятву, – последовал ответ, и прежде чем Филипп выхватил кинжал, герцог Бургундский понял, кто перед ним.

– Умри, убийца, – закричал Филипп, вонзая кинжал ему в горло.

Сделав это, Филипп развернул коня и поскакал обратно, слыша вслед проклятия бургундцев, которые спешили к своему герцогу. Прежде чем они подошли к нему, тело герцога осело и свалилось с лошади на мост. Вокруг его тела расплывалась лужа крови. Герцог Бургундский испустил дух, сказав единственное слово:

– Я знал!

Именно в этот момент все церкви Осера громко зазвонили в колокола. В городе началось ликование, ибо звон колоколов означал появление на свет наследника Арманьяков!

Филипп вернулся домой через десять дней после рождения своего сына. Бросив коня во дворе, он бегом направился в покои своей супруги. Открыв дверь, он увидел самую прекрасную картину в своей жизни. Луиза сидела в кресле и кормила его сына. Подле её на коленях сидела цыганка Нефиза. Мать и младенец выглядели совершенно. Филипп сделал один шаг и остановился, не в силах отвести взгляда от этого чудесного видения. Луиза подняла на него взгляд и смотрела на Филиппа, пока ребёнок не насытился. Застегнув платье, она поднялась со своего места и подошла к Филиппу. Не сводя с него взгляда, она молча передала младенца отцу.

– Мой сын, – с глубокой любовью прошептал Филипп, бережно принимая в свои руки младенца, – мой сын – Жан!

Он всматривался в каждую чёрточку ребёнка. Маленький носик, пухлые щёчки, глаза, которые были точно такие, как у него. Неужели он стал отцом?

– Спасибо, господи, – прошептал Филипп, – спасибо за всё, что ты мне дал!

– Благодарю тебя, жена моя, – не меньше чувства светилось в глазах Филиппа, когда он посмотрел на Луизу, – ты подарила мне чудесного сына!

– Ему пора спать!

Луиза бережно взяла ребёнка и передала его Нефизе. Сияя радостью, девушка приняла младенца и прижав его к груди, вышла из комнаты.

– Нефиза души в нём не чает. Стоит малышу заплакать, и она весь замок разбудит, лишь бы малыш успокоился. Она любит нашего Жана словно собственная мать!

Филипп сделал движение к Луизе, но сразу же остановился и, склонившись к её руке, горячо поцеловал её.

– Благодарю тебя, Луиза, благодарю, – с чувством произнёс Филипп и тут же, не глядя на неё, добавил: – И прости меня, прости за боль, которую я причиняю тебе!

Луиза собиралась ответить, но Филипп ушёл так же внезапно, как и появился. А ведь ей так много надо было ему сказать. Ничего, – успокоила себя Луиза, вечером, вечером, я обо всём с ним поговорю.