Читаем Чума демонов полностью

— Дистанционные манипуляции часами, — сказал я. — Как ты это делаешь и зачем?

Феликс с улыбкой покачал головой.

— Ты только что провел полчаса в глубоком гипнозе, Джон. Мне нужна еще пара дней на то, чтобы укрепить важную часть твоей личности, которую я отколол, прежде чем связать ее с мнемоническим соединением. Нам надо быть уверенными, что твое альтер эго начнет действовать при первом же психическом влиянии извне.

— Раз уж ты заговорил о психодинамике, как ты справляешься со своим состоянием?

— Думаю, довольно хорошо. Я пытался разделить и свою личность. Но не уверен, насколько эффективны были мои усилия. Честно говоря, самогипноз никогда не был моей сильной стороной. Тем не менее, все еще остается несколько фактов, которые я не могу полностью выбросить из своего разума, а с другой стороны, не могу позволить врагу завладеть ими. Я захоронил их в своем альтер эго и настроил на ключевое слово. То же самое слово остановит мое сердце.

— Короче говоря, — если кто-нибудь докопается до этой информации, ты автоматом покончишь с собой.

— Все верно, — радостно подтвердил Феликс. — Чтобы добраться до этого слова, мне нужна мощь инстинктов выживания. Тебе я тоже под гипнозом дал ключевое слово. Твое подсознание подскажет тебе, когда придет время им воспользоваться.

— Довольно радикально, тебе не кажется?

— У нас сложная задача, нам нужно попытаться перехитрить практически неизвестного врага, но, судя по их интересу к мозгам, можно предположить, что им кое-что известно о механике человеческого разума. Мы не можем исключить вариант, что у них есть способ управления мыслительными процессами человека. Я не могу позволить им залезть ко мне в голову. У меня слишком много секретов.

Я обдумал слова Феликса.

— Возможно, ты прав. Танкист не вел себя, как тот, кто занимается какими-то своими делами. И что бы ни убило его и майора...

— Это могла быть усиленная телепатическая команда перестать дышать, или, возможно, прекращение кровотока по сонной артерии. Судя по тому, что на тебя это не подействовало, можно предположить, что этот метод действует выборочно и, вероятно, требует визуального контакта с объектом, по меньшей мере.

— Мы чертовски много предполагаем, Феликс. Нам лучше перейти к полевой работе, прежде чем мы не убедили себя, что стоим на краю обрыва.

Феликс о чем-то задумался.

— Защитить центр личности не должно быть особо сложно, платиновая микрорешетка с расстоянием между волокнами...

— Опять началось. Это звучит, как еще одна экспедиция в то, что я когда-то считал своим разумом.

Феликс усмехнулся.

— Я смогу с этим управиться, используя двадцать седьмой щуп, все равно, что собирать корабль в бутылке. Если все получится, разница будет очень заметной.

— У нас и так слишком много «если», Феликс.

— Знаю, — кивнул он. — Но из тех немногих фрагментов данных, что мы имеем, нам надо выжать всю информацию до последней капли. Не думаю, что нам представится второй шанс.

— Нам повезет, если у нас будет хотя бы первый.

— Ты начинаешь нервничать.

— Ты чертовски прав! Если мы скоро не займемся делом, я могу сдрейфить и уехать в бессрочный отпуск на небольшую ферму рядом с Найроби, чтобы написать мемуары.

Феликс закудахтал.

— Давай сделаем себе антрекот с шампиньонами, возьмем пару литров бургундского вина и забудем обо всем на пару часов. Дай мне еще три дня, Джон, затем начнем игру, будем мы готовы или нет.

* * *

Ночной воздух был прохладным и чистым, под ногами ободряюще хрустела галька. Феликс закинул в багажник машины две наши небольшие сумки и остановился, чтобы насладиться приятным ветерком.

— Отличная ночка для неприятностей, — бросил он.

Я взглянул на небо с яркими, разноцветными звездами.

— Хорошо быть улице, особенно после пятидесяти дней затхлого воздуха и скальпелей, — сказал я. — Хоть с неприятностями, хоть без них.

Я аккуратно сел в машину, следя за тем, чтобы что-нибудь не погнуть.

— Нам придется зарегистрировать тебя, как смертоносное оружие, когда все это закончится, — посмотрев, как я аккуратно пристегиваюсь, сказал Феликс. — А пока следи, за что хватаешься, если я буду входить в повороты чуть быстрее, чем надо. — Он завел двигатель, поехал по гравийной дороге и свернул на шоссе.

— Еще не слишком поздно сменить планы и сесть на подводный поезд в Неаполь, — предложил я. — От полетов на ракетах у меня мурашки по всему телу, почему бы не поехать по земле так. как это задумал для нас Господь Бог?

— Я выиграл выход на палубу, старина, — ответил Феликс. — Хватит с меня подземной жизни, я хочу побыстрее добраться до Нью-Йорка.

— Я чувствую себя незащищенным, — сказал я. — Жаль, что у нас нет двух костюмов невидимости.

— Нам бы это не помогло, их не получится носить на борту самолета, в подводном туннеле или где-то еще, не засветившись на десятке детекторов. Но с нами все будет в порядке. Меня никто не ищет, а тебя не узнает даже собственная любовница. Можешь не волноваться на этот счет, старик!

— Знаю, я просто разговариваю сам с собой, чтобы отвлечься.

— Ты не забыл засунуть наш экспонат в потайной пояс?

— Не-а.