Читаем Читатель предупрежден полностью

– Я скажу то же, что уже говорил прежде. Понятия не имею, почему так происходит. Но знаете, Мастерс, вы умудряетесь впутываться в самые про`клятые Богом дела, о которых мне только доводилось слышать. Они словно преследуют вас. Кажется, что преступникам в конце концов надоест выдумывать для вас все новые изощренные фокусы и они решат поиздеваться над кем-нибудь другим. Но нет. Удача отказывается встать на вашу сторону. Скажите, почему так происходит?

– Наверное, это все потому, что я легко выхожу из себя, – честно признался Мастерс. – Как и вы.

– Как я?

– Да, сэр.

– Что значит, как я? – спросил Г. М., внезапно вскинув голову. – У вас, черт возьми, хватает дерзости утверждать, что именно я…

– Нет, что вы, сэр! Я ничего подобного не имел в виду.

– Рад слышать это, – сказал Г. М., с важным видом разглаживая лацканы своего пиджака и немного успокаиваясь. – Этот мир полон бесконечных ошибок и недоразумений. Возьмем, к примеру, меня. Вы думаете, меня высоко ценят? Ха! Как бы не так!

Сандерс и старший инспектор глядели на него во все глаза. Им еще не доводилось видеть Г. М. в таком настроении. И дело было, конечно, не в его жалобах, а в мрачном тоне, который словно намекал, что всякая плоть – трава[46], а жизненный путь неизменно ведет всех нас к смерти.

– Но… ничего ведь плохого не случилось?

– Что вы имеете в виду?

– Сэр, я про ту диету для похудения, она не навредила вашему здоровью?

– Я выступал с речью, – объяснил глава Департамента военной разведки, с угрюмым видом разглядывая свои ботинки. А затем не выдержал и снова вспылил: – В конце концов, я всего лишь пытался оказать кое-кому услугу. Я же все-таки член правительства, не так ли? И я хотел помочь Скуиффи. Да, Скуиффи собирался официально объявить об открытии новой железнодорожной линии на севере страны. Но заболел гриппом и не смог прийти, тогда я предложил выступить вместо него. Успех был просто оглушительным, и все бы хорошо, если бы не одна неприятность на обратном пути. Они запустили специальный поезд. И я случайно узнал, что машинист – мой старый друг. Разумеется, я решил ехать в кабине машиниста со старым Томом Портером. А как иначе я мог поступить? Потом я ему сказал: «Том, подвинься, давай я сам поведу поезд». А он ответил: «Ты знаешь как?» И я сказал: «Разумеется, знаю», недаром же у меня технический склад ума. Он сказал: «Ну хорошо, только поезжай медленно».

Мастерс смерил его долгим пристальным взглядом:

– Вы же не разбили поезд, сэр?

– Нет, конечно, я не разбил поезд! – сказал Г. М. таким тоном, словно этот факт вызывал у него особое сожаление. – В том-то и дело. Я просто сбил корову.

– Что вы сделали?

– Сбил корову, – объяснил Г. М. – И меня потом сфотографировали, когда я ругался с фермером. Скуиффи пришел в бешенство, вот вам и благодарность. Он сказал, что я позорю людей, занимающих высокие государственные посты. Что я всегда так поступаю, но это же ложь! В последний раз я присутствовал на публичном мероприятии три года назад в Портсмуте, когда спускали на воду новый минный тральщик. Разве я виноват в том, что корабль отпустили слишком быстро и я стукнул бутылкой шампанского не по борту, а по голове мэра? Провалиться мне на месте, но почему это вечно происходит именно со мной?

– Понимаете, сэр… – начал ласково Мастерс.

– А я вам объясню! – прорычал Г. М., внезапно отыскавший корень проблемы. – Можете мне не верить. Но до меня доходили кое-какие сплетни. Я слышал эти низкие, злые разговоры о том, что меня хотят спровадить в палату лордов. Мастерс, скажите, они ведь не смогут этого сделать?

На лице Мастерса появилось сомнение.

– Трудно сказать, сэр. Но я не представляю, как им удастся отправить вас с палату лордов только потому, что вы сбили корову.

– Я в этом не так уверен, – сказал Г. М., полный мрачных подозрений по поводу возможностей своих оппонентов. – Они без устали твердят, какое я ворчливое, тупоголовое старое ископаемое. Помяните мои слова, Мастерс, они уже взялись за свое грязное дело, и, если им удастся использовать в своих интересах новые происшествия, я очень быстро окажусь в палате лордов. А тут еще и это! Я приехал сюда в надежде тихо провести последний выходной после тяжких трудов, и что вы мне приготовили? Очередное убийство. Вот что!

– Раз уж речь зашла о смерти мистера Констебля…

– Я не желаю говорить об этом, – перебил его Г. М., складывая руки на груди. – На самом деле я и не собирался. Я хотел извиниться и смыться подальше отсюда. Между прочим, сынок, где миссис Констебль? Где все остальные?

Мастерс озадаченно огляделся по сторонам:

– Не могу знать, сэр Генри. Я сам только что приехал из полицейского участка. Но доктор Сандерс оказался здесь раньше меня…

– Миссис Констебль, – сказал им Сандерс, – сейчас наверху, в своей комнате. Прилегла отдохнуть. С ней мисс Кин. Чейз разговаривает с полицейским, которого оставили дежурить на кухне. А Пенник, похоже, исчез.

Г. М. немного смутился.

– Значит, – сказал он, – леди тяжело перенесла смерть мужа?