Читаем Численник полностью

Бугенвилии, бугенвилии,цвета розы и малины,здесь оливки и маслины,красотой нас перевили, издесь лимоны и гранатына деревьях, а не в сумках,а тем более в подсумках,чем прославлены пенаты.Здесь, по случаю, налетом,из пенат Аэрофлотом,чтобы чудо-бугенвилиигоречь-сволочь перебили. Ия срываю плод маслинный,бок надкусываю длинный —горечь свежая пронзает,горький вкус язык терзает.Только вымочена в соли,горечи теряя доли,несъедобная маслинаобретает вкус старинный.Я себя к плоду примерю,счет на соль и вкус проверю.Бугенвилии, бугенвилиидушу мне растеребили и…

28 сентября 2005

«С ума сойти, какая осень…»

С ума сойти, какая осень,стоит погода по заказу,синее небо раз от разуи зеленее шапки сосен.Над головами, под ногамицарит сухая позолота,как будто изменилось что-то,то, что над нами и за нами.Там залило водою город,там треснула кора земная,там, по дороге все сминая,промчался ураган, как голод.А тут стоят, стоят погодытак непривычно и прекрасно,как будто вовсе не напрасно,что с нами было в эти годы.

12 октября 2005

«Колючки выставив заранее…»

Колючки выставив заранее,оскалив молодые зубы,безбожно-нежное созданиеоскалом угрожает грубым.В ответ иная неизбежность,иной потешный перевертыш:таит безбожно-грубый нежность,хотя калач, признаться, тертый.Обманка и волшба по прихоти,и повторяется без устали,а без того, что тихо, лихо ли,не плоско ли, не пусто ли?

21 октября 2005

«Продается вдохновенье …»

Продается вдохновенье —на Тверской висит растяжка.Хлеб, варенье, ложка, чашка,после завтрака творенье.Как темна вода в колодце,так темно стиха явленье.Но сияет объявленье:вдохновенье продается.К месту, вовремя и кстатисредь соперников волненье:что в халате, что в палатеважных мест распределенье.Выдвиженье, достиженье,спрос рождает предложенье,все торгуют вдохновеньем,чудным дорожа мгновеньем.Вдохновенье бьет ключом.Почем продажа?Нипочем.

24 ноября 2005

«Теперь свою рассказывает жизнь…»

Теперь свою рассказывает жизнь,как анекдот, легко и беспечально,обводит контур прежнего молчаньябез гнева, без тоски, без укоризн.Обводит пальцем карту и чертеж,сама себя обводит вокруг пальцаи в одеяльце трупик идеальцана снег выносит и в промозглый дождь.Теперь я вам легко, как анекдот,перескажу себя и вас построчно,мой пересказ, где точно, где неточно,перечитайте задом наперед.

27 ноября 2005

Овен

Перейти на страницу:

Все книги серии Поэтическая библиотека

Вариации на тему: Избранные стихотворения и поэмы
Вариации на тему: Избранные стихотворения и поэмы

В новую книгу одного из наиболее заметных поэтов русского зарубежья Андрея Грицмана вошли стихотворения и поэмы последних двух десятилетий. Многие из них опубликованы в журналах «Октябрь», «Новый мир», «Арион», «Вестник Европы», других периодических изданиях и антологиях. Андрей Грицман пишет на русском и на английском. Стихи и эссе публикуются в американской, британской и ирландской периодике, переведены на несколько европейских языков. Стихи для него – не литература, не литературный процесс, а «исповедь души», он свободно и естественно рассказывает о своей судьбе на языке искусства. «Поэтому стихи Грицмана иной раз кажутся то дневниковыми записями, то монологами отшельника… Это поэзия вне среды и вне времени» (Марина Гарбер).

Андрей Юрьевич Грицман

Поэзия / Стихи и поэзия
Новые письма счастья
Новые письма счастья

Свои стихотворные фельетоны Дмитрий Быков не спроста назвал письмами счастья. Есть полное впечатление, что он сам испытывает незамутненное блаженство, рифмуя ЧП с ВВП или укладывая в поэтическую строку мадагаскарские имена Ражуелина и Равалуманан. А читатель счастлив от ощущения сиюминутности, почти экспромта, с которым поэт справляется играючи. Игра у поэта идет небезопасная – не потому, что «кровавый режим» закует его в кандалы за зубоскальство. А потому, что от сатирика и юмориста читатель начинает ждать непременно смешного, непременно уморительного. Дмитрий же Быков – большой и серьезный писатель, которого пока хватает на все: и на романы, и на стихи, и на эссе, и на газетные колонки. И, да, на письма счастья – их опять набралось на целую книгу. Серьезнейший, между прочим, жанр.

Дмитрий Львович Быков

Юмористические стихи, басни / Юмор / Юмористические стихи

Похожие книги

Владимир
Владимир

Роман известного писателя-историка С. Скляренко о нашей истории, о прошлом нашего народа. Это эпическое произведение основанное на документальном материале, воссоздающее в ярких деталях историческую обстановку и политическую атмосферу Киевской Руси — колыбели трех славянских народов — русского, украинского и белорусского.В центре повествования — образ легендарного князя Владимира, чтимого Православной Церковью за крещение Руси святым и равноапостольным. В романе последовательно и широко отображается решительная политика князя Владимира, отстаивавшего твердую государственную власть и единство Руси.

Александр Александрович Ханников , В. В. Роженко , Илья Валерьевич Мельников , Семён Дмитриевич Скляренко , Семен Дмитриевич Скляренко

Скульптура и архитектура / Поэзия / Проза / Историческая проза
Парус
Парус

В книгу «Парус» вошло пять повестей. В первой – «Юная жизнь Марки Тюкова» – рассказывается о матери-одиночке и её сынишке, о их неприкаянной жизни в большом городе.В «Берегите запретную зонку» показана самодовольная, самодостаточная жизнь советского бонзы областного масштаба и его весьма оригинальной дочки.Третья повесть, «Подсадная утка», насыщена приключениями подростка Пашки Колмыкова, охотника и уличного мальчишки.В повести «Счастья маленький баульчик» мать с маленьким сыном едет с Алтая в Уфу в госпиталь к раненому мужу, претерпевая весь кошмар послевоенной железной дороги, с пересадками, с бессонными ожиданиями на вокзалах, с бандитами в поездах.В последней повести «Парус» речь идёт о жизненном становлении Сашки Новосёлова, чубатого сильного парня, только начавшего работать на реке, сначала грузчиком, а потом шкипером баржи.

О. И. Ткачев , Владимир Макарович Шапко

Поэзия / Современная русская и зарубежная проза / Самиздат, сетевая литература / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия