Читаем Численник полностью

Численник

4 января 2004

4

Джин с тоником. Нам тридцать лет.Аэроплан летит в зеленую Канаду.Он сходу затевает клоунаду,я весело смеюсь в ответ.Отель не бедный, фраки и ковры,вина залейся, равно как и пищи,судьбы дары для сказочной игры.Стук в дверь – он на пороге, принц и нищий.И оба, как щенки, дрожат,он на колени падает внезапно,к моим коленям нежностью прижат,и оба знаем, что дороги нет обратно.А между тем, она была, была,обратная дорога дорогая,другая дома игрока ждала,в свою игру рискованно играя.Сначала бросить, а потом вернуть —классическая женская привычка,а что не выдохнуть и не вдохнутькому-то – вот замок и вот отмычка.Джин с тоником. Нам тридцать лет.Все кончено. Пустеют ринг и сцена.И это первая моя измена,и первая измена мне вослед.

11 января 2004

5

Как яростны и глухи,под треск сухой пощечин,сходились в круг старухии не старухи, впрочем.Кто жив, а кто-то помер,а пол мужской и женский,у каждого свой номер,свой счет-расчет вселенский,на рубль и на копейку,и бабий гвалт сорочий —занять собой скамейку,согнав оттуда прочих,лихой разбойный посвист,то ль поздний, то ли ранний…Строчит больная совестьжанр воспоминаний.

12 января 2004

«У страха глаза велики…»

У страха глаза велики.Великие глазницы страха,зеленые глазные яблоки,как падалица, вмиг попадали,в скрипучую корзину краха.Взрыв лжи, и взрыв разъединения,остолбенелый взор отчаяния.Все тем вернее – чем случайнее,в черновиках – так почерк гения.Семь дней клевала строчка кальций,подглазья черным обводило,яйцо в мозгу с ума сходило,снесенное, как и другие яйца.Взгляд изнутри, как тварь дрожащая,глазами внутрь, – не спится, Гамлет.Пришибленный краеугольным камнем,мой страх со мной играет в ящик.

13 января 2004

«Огромное окно без занавесей смотрит в небо…»

Огромное окно без занавесей смотрит в небо,квадрат окна пересекают огни самолетов,мне надобно этого неба, как хлеба,как лечебы от жизненных моих умотов.Бетти встретит, приветит, напоит и накормит,спать уложит с аэродрома,точно по душевному размеру ее скромныебело-черные двухкомнатные хоромы.Петя Фоменко и Эфрос Анатолий Васильичкоторый год глядят со стены исподлобья,мы вместе их тяготы там выносили,мы вместе глядим на них с вечной любовью.Все московские новости, как пылесосом,Бетти высосет, обменяв на чикагские честно.В этом углу ее жизнь все еще под вопросом,в этом углу ей никогда не тесно.

14 января 2004