Читаем Чёрные деньги полностью

- Нет. Я потерял свою веру в совпадения. Все в жизни бывает одно к одному. Конечно, большей частью это "одно к одному" проявляется в форме повторяющейся смерти. А то обстоятельство, что миссис Фэблон была убита, вновь поднимает вопрос о смерти ее мужа.

- Но разве Рой не сам покончил с собой?

Вера скривилась, будто он сказал что-то неприличное. Она даже перекрестилась потихоньку.

- Во всяком случае, это официальная версия, - сказал я. - Сейчас проблема вновь возникает. Я полагаю, вы опознали тело?

- Я был одним из тех, кто опознавал.

- Вы уверены, что это был Рой Фэблон?

Он заколебался и неловко задвигался в кресле:

- Я был уверен в то время. Это означает, что я должен быть уверен и сейчас, не так ли? Я строю выводы не по памяти. Его лицо было раздуто, все порезано и поцарапано.

Джемисон зажмурил глаза. Вера дотянулась до его руки, взяла в свою и держала ее.

- Так что вы не можете быть уверены, что это был он.

- Нет, если бы только посмотрел на него. Он значительно трансформировался в море. Но у меня нет причин сомневаться в том, что это был Рой. Доктор, проводивший осмотр, доктор Уилс, говорил, что у него имеется неопровержимое доказательство, что это был Рой.

- Что за доказательство?

- Это имело отношение к рентгеноскопии старого перелома ноги.

- Тогда нужно было внимательно отнестись к этому.

- К чему? - произнес он с раздражением.

- К возможности того, что это было сфабрикованное самоубийство и кто-то еще носил плащ Фэблона. Это заслуживает внимания. Но то, что вы только что мне сообщили, исключает такое подозрение.

- Думаю, это так.

- Минуту назад, - сказал я, - вы упомянули о взятии на поруки миссис Фэблон.

- Это происходило в далеком прошлом. Я помогал им обоим при случае. Я чувствовал в своем роде ответственность за Роя.

Вера мотнула сердито головой:

- Вы отдали ей дом.

- Какой дом? - спросил я.

Джемисон мне ответил:

- Тот самый, в котором она живет, вернее, жила. Я по правде, не отдавал ей его. Она им пользовалась. В конце концов, она была добра к моему бедному сыну. Так же, как и Рой в свое время.

- Он здорово вас нагрел?

- На несколько тысяч. Могло быть и больше, но большая часть моего капитала содержалась в кредитных операциях. Рой отчаянно нуждался в деньгах в последние дни. Он играл на деньги, которых у него не было.

- Играл с субъектом, которого звали Кетчел?

- Да, это было его имя.

- Вы знали Кетчела?

- Никогда не встречал, но слышал о нем.

- От кого?

- От Мариэтты. В течение десяти или одиннадцати дней, когда Рой пропадал, и прежде, чем всплыло его тело, Мариэтта очень много говорила о Кетчеле. Казалось, что она подозревает, что он убил Роя. Но у нее не было улик. Я разубедил ее идти в полицию. После того как факт самоубийства был установлен, она бросила эту затею.

Вера снова нескладно заерзала и потянула Джемисона за руку, будто умершая женщина была ее соперницей:

- Идите в кровать. Вы совсем сумасшедший, если сидите всю ночь напролет.

Особая атмосфера благопристойности в доме улетучилась. Я встал, чтобы уйти. Вера взглянула на меня с облегчением.

Джемисон сказал, не обращая на нее внимания:

- Я тогда пришел к выводу, что Мариэтта имела свои фантазии об убийстве потому, что было тяжело смириться с мыслью о самоубийстве Роя. Вы же не думаете, что у нее все же что-то имелось?

- Возможно, и было. Инспектор Ольсен утверждает, что Фэблон явно утонул в соленой воде. Это могло быть способом совершить убийство. Но я все же хотел бы поговорить с Кетчелом. Думаю, вам неизвестно, где его найти.

- Не имею ни малейшего представления. Для меня это просто имя.

Вера сверлила меня глазами, стараясь выставить меня. Полицейские еще находились в кухне. Мариэтту убрали. Не было и Питера. Большая комната приобрела вид мрачной казенной пустоты, так мне знакомой. Однажды я сам был полицейским, состоял в частях на Лонг-Бич.

17

Я направился обратно к гавани по океанскому бульвару, к отелю "Брейкуотер", где намеревался провести остаток ночи. Один или оба из Гендриксов могли там объявиться, хотя я и не ожидал их.

Я невольно притормозил, когда оказался около зарослей, где обитали бродяги. Хорошо, что я это сделал, иначе бы не заметил "кадиллак" Гарри. Он стоял на травянистой полосе на стороне океана уткнувшись в ствол пальмы. Налицо были следы аварии. Основание дерева хранило следы удара. Тяжелый бампер машины вдавился в радиатор, на ветровом стекле отложился отпечаток чьей-то головы. Я нашел несколько брызг крови на переднем сиденье.

Кто бы ни взял и ни изуродовал машину, ключ для зажигания остался на месте. Я сделал то, что мне следовало бы сделать раньше: использовал ключи, чтобы открыть багажник.

Там лежал Гарри спиной ко мне. Я просунул руку ему под голову и повернул его лицом. Он был жестоко избит. Пока он не издал стона, я думал, что он мертв.

Я просунул руки под его ноги и плечи и, приподняв, вытащил его, положил на траву и осмотрелся, надеясь на помощь. Ветер завывал в сухих пальмовых кронах над головой. Не было видно ни одной человеческой души. Но я не хотел оставлять Гарри. Кто-то мог украсть его снова.