Читаем Чёрное солнце полностью

— Он звал меня своим «маленьким дракончиком», — добавил Блэк более подавленным голосом. — Однажды, вернувшись домой, он привёл с собой татуировщика. Одного из традиционных, с чернилами видящих. Он сказал, что собирается поставить на мне метку.

В этот раз я вздрогнула по-настоящему, ощущая тошноту.

— Иисусе, Блэк.

— Все хорошо, — голос Блэка оставался спокойным, источая тот тёплый слой удовлетворения. — Правда… Все хорошо. За годы я сумел примириться с этим. Я не мог позволить себе удаление татуировки, когда был молод, но позднее, когда у меня появились деньги, я подумывал об этом. Но это чернила видящих… они сохраняются на протяжении всей жизни видящего. Было бы адски больно удалять такую татуировку. В итоге у меня наверняка остались бы шрамы. В конце концов, я решил, что эта татуировка — моя. Тот пожилой видящий, которого нанял Йохан, проделал хорошую работу. Он мне понравился… он был добрым. Так что я просто отделил татуировку от Йохана и его испоганенной религии. Я нашёл своё собственное видение этого изображения. Я сделал его моим. Моим символом. Моим телом.

Подумав над его словами, я ощутила, как что-то в моей груди расслабляется.

Почему-то мне это понравилось. Это казалось правильным.

Татуировка действительно казалась принадлежащей Блэку.

Она казалась частью его.

— Она прекрасна, — сказала я ему. Все ещё поглаживая его кожу, я наклонилась, чтобы поцеловать одно из крыльев дракона. — Это самая красивая татуировка из всех, что я когда-либо видела, Блэк.

— Спасибо, док.

Все ещё думая над его историей, я нахмурилась.

— Что с ним случилось? С Йоханом? Он бы не смог просто отказаться от тебя.

Чем больше я об этом думала, тем более верным это казалось.

— Он бы не продал тебя, — сказала я. — Ты сбежал?

— Нет. И он меня не продавал, — Блэк выдохнул, глубже зарываясь в матрас и снова закрывая глаза. — Он умер. Точнее… он был убит. Думаю, его убил Адипан. Никто и никогда не рассказывал мне ту историю полностью. В том мире это аналог национальной безопасности, а я был всего лишь скромным рабом, так что никто ни хера мне не сказал… Но до меня доходили слухи. Йохан работал на СКАРБ — это типа полиции видящих. У них случилась какая-то стычка с Адипаном в Южной Америке. Один из людей Джема совершил удачный выстрел.

Нахмурившись, я медленно кивнула.

— А что случилось с тобой? — спросила я.

Блэк пожал плечами.

— У Йохана не было семьи или супруги. У большинства видящих на Старой Земле не было семей, особенно у тех, что жили на Западе. Большинство из них забрали в детстве, и они либо не были знакомы со своими биологическими семьями, либо оказались отлучены от них. За неимением наследника все вещи Йохана перешли в ведение суда по наследным делам. Меня продали с аукциона вместе с остальной его собственностью.

Я вздрогнула. Моё лицо ожесточилось, а сердце гулко застучало в груди.

Прежде чем это чувство успело перерасти в настоящую злость, Блэк затопил мой свет своим интенсивным жаром. В этот раз он окутал меня этим ощущением, обернул каждую мою часть поразительно мягкой волной, свернув это в моей груди и притягивая меня к себе.

По ощущениям это походило на то, словно меня обняли огромные крылья.

На протяжении нескольких секунд я едва могла дышать.

— Тогда Повстанцы впервые завербовали меня, — добавил Блэк, поглаживая мой голый бок пальцами. — Они просматривали эти аукционы. Они выкупили меня, обучили… затем устроили так, чтобы меня продавали людям, к которым они хотели внедриться. Так что, если так подумать, у меня был не один хозяин-видящий. Формально у Врега имелись на меня все документы.

Все ещё размышляя, он добавил:

— Однако я не чувствовал, что принадлежу Врегу. Не так, как это было с Йоханом или другими людьми, которые мной владели. Врег никогда не насиловал меня. Он даже не пытался затащить меня в постель, а мог бы. В тот момент я так чертовски изголодался по обществу видящего, особенно видящего, который обращался со мной хоть наполовину прилично… что я и не поколебался бы.

Шепоток ревности свернулся в моем свете.

Я не потрудилась подавлять его.

Каким-то образом сокрытие эмоций и реакций тоже отошло на второй план.

Ощутив это, Блэк повернулся, так что я свалилась с его спины и оказалась лежащей рядом. Не успела я изменить позу, как он обхватил меня мощной рукой и подтянул к себе, изучая моё лицо в свете от окна.

— Я хочу поплавать, — он выглянул в окно. — Солнце скоро сядет. Хочешь поплавать и потрахаться в воде?

Почувствовав это сквозь него — ласку и притяжение волн, пока я обвилась вокруг него в воде — я закрыла глаза и кивнула.

— Да, — сказала я. — Хочу.

Его свет притягивал мой, его боль и желание умножались и отдавались эхом обратно в него и меня, пока его жар кружил в моем свете. Я осознала, что какая-то часть меня все ещё возится с его светом, пытаясь понять его, совсем как мои пальцы, глаза и все остальное пытались изучить каждую часть его тела. Я все ещё смотрела на какую-то отдалённую структуру в его свете, когда Блэк издал низкий стон и раскрылся сильнее, чтобы я смогла получше рассмотреть то, что разглядывала.