Читаем Четвёртый Рим полностью

Читая дальше, подробнее изучая виды вооружения, которое Ильин до того не видел даже на картинках, он всё больше терзался сомнениями. Зачем Долгоруким такое опасное оружие? Та же болтвинтовка способна пробить броню альфария, при попадании в голову.

Ильин в страхе застыл, когда мысленная ремарка, обернулась шокирующей догадкой.

Вольники сами не решались ворваться в здание областной полиции, но полковник Алексей Никитин приказал подчинённым вооружится и соорудить баррикады. От этих психов можно было ожидать, чего угодно.

— Трусы! Не гоже прятаться мужчине! — доносилось снаружи. Лозунг был подхвачен и толпа с плазмосаблями дрогнула в сторону здания. Блеснула вспышка электричества и первую волну вольников отбросило, а остальные повалились назад, как мешки с дерьмом.

Полковник облегчённо вздохнул. Щиты работали исправно. Вот и довелось их использовать впервые за двадцать лет.

— Может и трусы, но не идиоты! — прокричал им в ответ Никитин. Вольники возмущённо стали размахивать саблями, но второй раз получать вольтами в лицо не спешили.

От активного наступления, ряженные казаки перешли к позиционной войне. Их атаман — высокий мужчина славянской внешности, средних лет, приказал взять полицию в блокаду.

— Алексей Григорьевич, что будем делать? — этот вопрос каждый молодой сотрудник задавал в течении нескольких часов. И полковник не знал ответа.

Вольники, очевидно решили взять их измором и основательно к этом подготовились. Осадить филиал государственной силовой структуры было верхом безумия. Безусловно, полиция изрядно сбавила в авторитете за последние годы, но на такую наглость, тем не менее, ни кто бы не решился.

— Алексей Григорьевич, к границе защитного купола приближается один из вольников. — воскликнул молодой полицейский — Он размахивает белой тряпкой.

— Переговорщик. — сказал Никитин — Делать нечего, пропустим его. Павел — временно отключи щит в этом секторе и реактивируй, когда клоун в папахе зайдёт внутрь. Остальные, рассредоточится. Возможно, что это отвлекающий манёвр.

Вольник остановился у самого края допустимой границы и выжидательно посмотрел в глаза Никитину. Тот кивнул и «парламентёр» осторожно переступил черту и, уже более бодро, направился в здание.

— Я пришёл говорить от имени всех казаков станицы Драговича. — официальным тоном произнёс казак.

— А самого, как звать? — спросил Никитин, скрестив руки на груди.

— Аркадий Кравченко. А вы…

— Полковник Алексей Никитин.

— Никитин? — удивился Артур — Ваша фамилия… вы случайно не родственник…

— Да-да, Григорий Никитин мой отец.

Холодный взгляд вольника смягчился и тот изобразил лёгкий полупоклон.

— Для меня честь познакомится лично с сыном героя Ирия.

— Благодарю. А теперь давайте закончим с формальностями и любезностями и перейдём к основной теме. А то мои люди устали и хотят домой. Их смена давно закончилась.

— Мы лишь требуем правосудия. Убит молодой отрок нашего народа. Зарезан собственной шашкой.

— О каком правосудии речь? — холодно спросил начальник полиции. Желваки поверх впалых щёк подёргивались, а глубоко посаженные глаза буравили вольника суровым взглядом — В вверенном мне городе совершено убийство. Расследование и выслеживание подозреваемого — моя юрисдикция. Вам нечего боятся. К концу недели убийца будет пойман.

Ответ не устроил Кравченко. Его лицо оставалось бесстрастным, но ладонь, как бы не в значай, легла на эфес спрятанного в ножнах, плазмоклинка. Недобрый знак.

— Не хочу вас обидеть, но наш народ не разделяет ваш оптимистичный взгляд на бюрократическое болото.

— Я в курсе. — сказал Никитин, кивнув в сторону толпы казаков за окном, взявших участок в осаду — Но не обязан считаться с угрозами толпы оборзевших казаков.

— Давайте обойдёмся без личных оскорблений. — за сдержанно-примирительным тоном вольника, теперь можно было расслышать угрозу.

— Давайте лучше обойдёмся без угроз в отношении представителей власти. — парировал Никитин, ещё сильнее психологически напирая на молодца с тоненькими усиками. Никогда в жизни он не прогнётся под психами, как не прогнулся его отец — Государство, своим молчанием, дало понять, что не нуждается в нас, но мы пока всё ещё защищаем порядок в стране. А вас, вольников, только недавно выпустили побегать из резерваций. Но, похоже, что вам забыли нацепить поводки.

Казак-парламентёр не ожидал такой резкости и застыл со смесью удивления и холодной ярости. Его рука сильно сжала рукоять шашки, заметив это, полковник, с готовностью, положил руку на кобуру.

«Только дай мне повод» — говорил про себя Алексей — «Хоть один.»

Но, похоже, что не зря именно этот парень стал, среди своих, дипломатом. Далеко не каждый вольник мог стерпеть неповиновение своей воле.