Читаем Четвертый К. полностью

Девушка была худощавой блондинкой, на вкус Ромео — чересчур угловатой, но в ее лице просматривалась некая женская строгость, присущая серьезным девушкам, а ему это в женщинах нравилось. Он представил ее в постели и понадеялся, что пробудет здесь достаточно долго, чтобы ее совратить. Это не будет слишком уж сложным, он всегда привлекал женщин и в этом плане превосходил Ябрила. Она будет догадываться, что он связан с убийством Папы, а для серьезной революционно настроенной девушки разделить с ним постель должно быть воплощением всех ее романтических мечтаний. Ромео заметил, что она не касалась находившегося рядом мужчины.

У юноши было такое пылкое, открытое лицо, он излучал такую американскую доброту, что Ромео сразу невзлюбил его. Американцы — это дерьмо, у них слишком комфортабельная жизнь. Подумать только, за двести с лишним лет у них в стране не появилась революционная партия, и это в стране, возникшей в результате революции! Молодой человек, которого послали встречать его, был типичным американцем. Ромео подхватил свой чемоданчик и пошел прямо к ним.

— Извините меня, — обратился улыбаясь Ромео по-английски с сильным акцентом, — вы не скажете, где отходят автобусы на Лонг-Айленд?

Девушка обернулась. Вблизи она выглядела гораздо привлекательнее, а крошечный шрам на подбородке усилил в нем похотливое желание.

— Вам нужен Северный берег или Южный? — спросила она.

— Ист Хэмптон, — ответил Ромео.

Девушка улыбнулась, улыбка была приветливая, даже восторженная. Юноша взял чемодан Ромео и сказал:

— Идите за нами.

Они вышли из аэровокзала, Ромео, ошеломленный шумом уличного движения, толкучкой людей, шел следом. Их ожидала машина с шофером в такой же красной бейсбольной шапочке. Молодой человек сел рядом с водителем, а девушка устроилась на заднем сиденье рядом с Ромео. Пока машина встраивалась в поток уличного движения, она протянула руку и представилась:

— Меня зовут Доротея. Ни о чем не беспокойтесь.

Молодые люди, сидевшие впереди, тоже пробормотали свои имена, а девушка продолжала:

— Вы будете хорошо устроены и в полной безопасности.

А Ромео в этот миг испытал муки совести Иуды.

Вечером молодая американская пара накормила Ромео хорошим ужином. Ему предоставили комфортабельную комнату с окнами на океан, и не имело большого значения, что постель была вся в буграх, так как Ромео предстояло провести здесь всего одну ночь, если вообще удастся заснуть. Дом был обставлен роскошно, но безвкусно, как принято в современных приморских кварталах. Втроем они провели спокойный вечер, разговаривая на смеси итальянского и английского.

Доротея удивила его. Она оказалась очень интеллигентной и привлекательной, однако, как выяснилось, совсем некокетливой, и это обстоятельство разрушило надежду Ромео провести свою последнюю ночь на свободе, развлекаясь сексом. Молодой человек по имени Ричард держался очень серьезно. Было очевидно, что они подозревают его в убийстве Папы Римского, но никаких конкретных вопросов не задавали, а просто проявляли к нему боязливое уважение, с каким люди обычно относятся к медленно умирающим от смертельной болезни. Ромео они понравились. Они гибко двигались, интеллигентно разговаривали, в них жило сострадание к несчастным, они излучали веру в свои идеалы и в свои силы.

Проведя этот тихий вечер с двумя молодыми людьми, такими искренними в своей вере, такими невинными в отношении нужд революции, Ромео испытал некоторое отвращение ко всей своей жизни. Неужели необходимо предавать вместе с собой и этих двоих? Его-то в конечном итоге освободят, он верил в план Ябрила, представлявшийся ему таким простым и элегантным. Что касается его, то он добровольно вызвался сунуть голову в петлю. Но юноша и девушка верят, что народ на их стороне, а им предстоят наручники и все страдания революционеров. На какой-то миг он подумал, не предупредить ли их. Но ведь было необходимо, чтобы мир знал, что в заговоре замешаны и американцы, и эти двое — ягнята для жертвоприношения. Потом он рассердился на себя, на свое мягкосердечие. Это правда, что он не может бросить бомбу в детский сад, как Ябрил, но уж, конечно, он способен принести в жертву этих молодых людей. В конце концов, это ведь он убил Папу.

И потом, что им будет такого плохого? Ну, пробудут несколько лет в тюрьме. Америка сверху донизу настолько мягкосердечна, что их даже могут раньше освободить. Америка — страна адвокатов, наводящих ужас подобно рыцарям Круглого стола, они могут вытащить кого угодно.

Он пытался заснуть, но весь ужас последних нескольких дней врывался вместе с океанским воздухом через открытое окно. Вновь он поднимал свою винтовку, вновь видел, как падает Папа, вновь бежал через площадь и слышал, как в ужасе кричат съехавшиеся на праздник паломники.