Читаем Черный поток полностью

– Ты из чего такое заключение делаешь? Есть какие-то предпосылки, факты, улики? Мы, конечно, у наших психологов спросим, чтоб твоя душа была спокойна, но пока что, на мой взгляд, гораздо проще предположить, что это дело и наши убийства никак между собой не связаны.

– Хорошо.

– Тогда пошли работать.

Петр хлопнул старого товарища по плечу и зашагал к бригаде экспертов, что-то помечавших на развернутой карте.

– Ну что, коллеги, какие мысли по нашей «ласточке»? – спросил Зигунов, подходя к экспертам.

– Тут, Петр Сергеич, не все так просто, как кажется с первого взгляда, – ответил старший. – Вон тот пригорочек видишь? – Криминалист указал на небольшой подъем возле путей, покрытый зарослями кустарника. – Женщина именно с него прыгнула на рельсы. Вот только прыгнула ли? Мы осмотрели там каждый сантиметр и не нашли ни одного следа от ее туфель. Не могла же она по воздуху туда добраться? Зато есть множество следов примерно 43–44 размера, которые оставлены грубой массивной обувью. Рабочими ботинками, например. Или армейскими берцами. Причем следы довольно сильно вдавлены в грунт. Что может говорить о большом весе обладателя обуви или…

– Или о том, что этот обладатель тащил на себе тяжелую ношу, – продолжил за него Зигунов и посмотрел на Чигаркина.

– Ну что, Игорь, похоже, машинисты и водитель-таджик не врут. Вполне вероятно, что какой-то вояка или просто любитель «милитари» действительно помог нашей даме распрощаться с жизнью.

– …конечно, интересная, но не получается. Я уже об этом думал, – говорил Зигунов, переступая порог Управления. Они с Чигаркиным возвращались писать отчеты о сегодняшнем происшествии и попутно обсуждали разные гипотезы. Настроение было так себе и очень хотелось есть – перекусывать на месте преступления, понятное дело, не с руки, а по дороге в город даже завалящая шаурмячная на глаза не попалась. Так что первым делом подуставшие коллеги собирались заглянуть в столовую. А там можно и за бумажки…

– Товарищ майор, – шепотом позвали откуда-то сбоку.

Петр недоуменно повернулся. Сквозь стекло «регистратуры» (как называли между собой в Управлении пропускной пост) им призывно махал дежурный.

– Ну что там еще случилось? – вздохнул Зигунов и отчетливо ощутил, как с голодухи подводит желудок. Сколько он не ел? Часов десять уже?

– Товарищ майор, – между тем заговорщицки зашипел из окошка дежурный, делая огромные глаза. – Москвичи приехали.

– Что за москвичи?

– У самого сидят. Вас ждут.

– Меня? Почему именно…

Но вахтенный не слушал. Он судорожно перелистнул несколько страниц регистрационной книги и, повернув ее к Чигаркину и Зигунову, ткнул пальцем:

– Вот. Полковник Лепнин и профессор судебной психиатрии Перемогин.

– Хорошо, иду, – пожал плечами Петр.

– Сам распорядился: как вернетесь, сразу к нему. Они вас уже пару часов дожидаются.

– Понятно. Спасибо.

Майор повернулся и удрученно посмотрел на Чигаркина:

– Похоже, обед отменяется.

– Думаете, за десять минут там что-то прям кардинальное произойдет? Пошли, перекусим по-быстрому…

– Нет. Святой Георгий ждать не любит. Не хочу, чтоб он мне потом эти десять минут вспоминал следующие десять лет. Слушай, возьми для меня в столовке что-нибудь. Хоть пару кусков хлеба с чаем. Жрать хочу, сил нету. Может, быстро управлюсь с этими москвичами… принесла их нелегкая…

– Ох, наживете вы себе язву, товарищ майор, будете так рьяно служебный долг исполнять, – кривовато ухмыльнулся Чигаркин. – Вот возьмите бутербродик, мне жена положила.

– Спасибо, – Зигунов, слегка вздохнув, хлопнул Чигаркина по плечу, явно думая уже совсем о другом, и быстрым шагом направился к лифту.

Пока кабинка поднимала его на нужный этаж, Петр пытался отвлечься от мыслей о еде и думал о всяких глупостях. Если бы он был героем какого-нибудь сериала или, на худой конец, остросюжетного детектива, то полковник Лепнин должен был бы оказаться восемнадцатилетней жгучей красавицей Натальей Лепнин, наследницей древнего дворянского рода.

А профессор психиатрии Перемогин носил бы загадочное имя Изабелла и прожигал майора Зигунова страстным всеведущим взглядом миндалевидных глаз. Эх! Если бы это было правдой, то могло бы – хотя б отчасти – искупить неприятное тянущее чувство в пустом желудке. И почему в Управление не набирают знойных цыпочек? Работать было бы куда…

Додумать Петр не успел, потому что в памяти отчетливо проступил портрет крепко сбитого мужчины далеко за сорок. Черт! Все-таки Лепнин – совсем не Наталья. Звали полковника Владимир Петрович, и он вел несколько резонансных дел по серийным убийствам. Вел весьма успешно. Судя по отчетам, которые попадались на глаза Зигунову, почти все дела были закрыты, а обвиняемые оказались там, где им и положено быть. Так вот что сюда привело москвичей! Хотя странно – два убийства, пусть и необычных, – это еще маловато для серии. Ладно, чего голову ломать? Сейчас все прояснится.

– Заходи, Петя, заходи, – сделал приглашающий жест полковник Дидиченко. Выглядел он немного утомленным, но, как всегда, собранным и энергичным. – Знакомься – наши коллеги из Главного управления.