Читаем Черные очки полностью

Он обвел взглядом музыкальный салон. Квадратная комната площадью примерно двадцать квадратных метров; стены отделаны серыми панелями с золочеными кромкаму. На дверях, выходящих в сад, тяжелые темно-серые шторы. Что касается мебели, в комнате были только пианино, радиола, старинный французский комод, стоявший у двери в вестибюль, четыре легких стула, обитых парчой, и два табурета. В результате центр комнаты оставался почти пуст, так что человек, достаточно осмотрительный, чтобы не налететь на стоящее у дверей в сад пианино, мог пересечь комнату в темноте, ни на что не наткнувшись. Ковер, как он заметил еще раньше, был настолько толст, что полностью заглушал звук шагов.

– Хорошо, – сказал майор. – Проверим. Выключатель находился возле комода, Эллиот повернул его, и комната погрузилась в темноту. Несколько мгновений перед его глазами все еще плясал, медленно затухая, призрачный след ослепительных огней люстры. Несмотря на то, что шторы не были задернуты, трудно было что-то различить на фоне затянутого тучами неба. Послышалось легкое позвякивание – кто-то затянул шторы.

– Я размахиваю рукой, – раздался из темноты голос майора. – Вы меня видите?

– Нет, – ответил Эллиот. – Оставайтесь на месте, я пойду и открою раздвижную дверь.

Пройдя наощупь через комнату, едва не перевернув один из стульев, он нашел дверь. Раскрылась она легко и почти беззвучно.

Осторожно пройдя два или три метра, отделявшие его от стола, Эллиот нащупал выключатель лампы, и ослепительно белый свет ударил в противоположную стену. Затем Эллиот вернулся, чтобы взглянуть, как все выглядит из музыкального салона.

– Гм! – хмыкнул майор.

Ему бросились в глаза часы, стоявшие на полке из полированного темного дерева за головой мертвеца. Это были довольно большие латунные часы с циферблатом диаметром в шесть дюймов и небольшим бронзовым маятником, раскачивавшимся взад и вперед. Часы показывали без пяти час.

Лампа стояла немного правее письменного стола. Видна была коробка конфет с синими цветами на крышке. Приподнявшись на цыпочки, Эллиот увидел лежавший на столе карандаш, но ручки, о которой упоминала Марджори Вилс, видно не было.

Слева виднелась одна из дверей, выходящих в сад. Справа у стены стоял секретер, а на нем настольная лампа с зеленым абажуром. Там же находился и большой сейф, выкрашенный под дерево. Это было все, если не считать кресла и массы брошенных на пол журналов и каталогов. Все это видно было сквозь проем двери, словно на сцене. Судя по расположению стульев в музыкальном салоне, зрители сидели примерно метрах в пяти от Марка Чесни.

– Тут особенно глядеть не на что, – с оттенком нерешительности в голосе заметил майор. – Вы согласны со мной?

Глаза Эллиота вновь привлек выступающий из-за платка в нагрудном кармане костюма покойного краешек сложенного вдвое листка бумаги.

– Вот это, сэр, – показал он. – По словам мисс Вилс это должен быть список вопросов, подготовленный мистером Чесни.

– Да, но зачем он нам нужен? – чуть не крикнул майор. – Если даже он приготовил список вопросов, какая, по-вашему, разница?..

– Дело вот в чем, сэр, – ответил Эллиот, тоже чувствуя желание кричать. – Разве вы не видите, что весь этот спектакль был построен на серии трюков, предназначенных для зрителей? Во всем, что они видели, был, вероятно, какой-то обман, и убийца воспользовался этим. Все это помогло ему, защитило и, весьма возможно, продолжает защищать даже сейчас. Если мы сумеем точно выяснить, что они видели или, во всяком случае, полагали, что видят, мы, быть может, нападем на след убийцы. Даже безумец не пошел бы на такое явное, открытое и дерзкое преступление, если бы план мистера Чесни не содержал чего-то, что обеспечивало бы ему защиту, чего-то, что могло бы увести полицию на совершенно ошибочный путь. Бог знает, что это, но разве это не ясно.

Майор Кроу взглянул на него и вежливо проговорил:

– Прошу извинить меня, инспектор, но мне ваше поведение все это время кажется несколько странным. Кроме того, любопытно было бы знать, откуда вам оказалось известной фамилия жениха мисс Вилс. Лично я ее при вас не упоминал.

– Черт! Прошу прощения, сэр.

– Ничего, ничего, – все с той же вежливостью ответил майор. – Это не имеет ни малейшего значения. Помимо того, относительно списка вопросов я склонен присоединиться к вашему мнению. – Может быть с их помощью нам удастся вывести что-то на чистую воду. Вы правы. Если там были какие-то ловушки, в вопросах должно содержаться упоминание о них.

Он вытащил листок из кармана покойного, развернул его и положил на стол. Вот что было там написано четким, каллиграфическим почерком:

ДАЙТЕ ПРАВИЛЬНЫЕ ОТВЕТЫ НА СЛЕДУЮЩИЕ ВОПРОСЫ:

1. Была ли на столе коробка? Если да, опишите ее.

2. Какие предметы я брал со стола? В каком порядке?

3. Который был тогда час?

4. Какого роста был человек, вошедший в кабинет из сада?

Перейти на страницу:

Все книги серии Доктор Гидеон Фелл

Слепой цирюльник [litres]
Слепой цирюльник [litres]

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Произведения таких писателей, как Агата Кристи, Гилберт Честертон, Эрл Стэнли Гарднер, Рекс Стаут, развивали и совершенствовали детективный жанр, их романы, безоговорочно признанные классикой, по сей день любимы читателями и являются эталоном качества для последующих поколений авторов детективных историй. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате». Роман «Слепой цирюльник» продолжает серию книг о сыщике-любителе докторе Гидеоне Фелле. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».

Джон Диксон Карр

Классический детектив
Изогнутая петля
Изогнутая петля

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Произведения таких писателей, как Агата Кристи, Гилберт Честертон, Эрл Стэнли Гарднер, Рекс Стаут, развивали и совершенствовали детективный жанр, их романы, безоговорочно признанные классикой, по сей день любимы читателями и являются эталоном качества для последующих поколений авторов детективных историй. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате».Роман «Изогнутая петля» продолжает серию книг о сыщике-любителе докторе Гидеоне Фелле. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».

Джон Диксон Карр

Детективы / Классический детектив / Классическая проза ХX века

Похожие книги

Другая правда. Том 1
Другая правда. Том 1

50-й, юбилейный роман Александры Марининой. Впервые Анастасия Каменская изучает старое уголовное дело по реальному преступлению. Осужденный по нему до сих пор отбывает наказание в исправительном учреждении. С детства мы привыкли верить, что правда — одна. Она? — как белый камешек в куче черного щебня. Достаточно все перебрать, и обязательно ее найдешь — единственную, неоспоримую, безусловную правду… Но так ли это? Когда-то давно в московской коммуналке совершено жестокое тройное убийство родителей и ребенка. Подозреваемый сам явился с повинной. Его задержали, состоялось следствие и суд. По прошествии двадцати лет старое уголовное дело попадает в руки легендарного оперативника в отставке Анастасии Каменской и молодого журналиста Петра Кравченко. Парень считает, что осужденного подставили, и стремится вывести следователей на чистую воду. Тут-то и выясняется, что каждый в этой истории движим своей правдой, порождающей, в свою очередь, тысячи видов лжи…

Александра Маринина

Детективы / Прочие Детективы