Читаем Черные начала. Том 6 полностью

— Я делаю это не из-за чувства вины. Я просто считаю, что так правильно, и не хочу повторения истории, — покачал я головой. — А ты… ты то, что тянет меня назад. Воплощение моего прошлого, того придурка, который сидит и страдает, не в силах идти дальше.

Теперь я понял, к чему это всё.

Я должен переступить через себя, убить ту часть, которая меня тормозит. Нельзя стать лучше, если постоянно цепляться за прошлое. Оно как болото, которое тебя будет тянуть обратно, на глубину. Будет каждый раз заставлять сомневаться и в конце концов…

Я шагнул в его сторону.

Если я хочу двигаться дальше, мне придётся отпустить своё прошлое, попрощаться с ним навсегда.

У меня в руках появился меч.

И, глядя на него, моё отражение усмехнулось.

— Вот оно, значит, как… решил избавиться от всего, что тебе мешает жить? Я всегда надеялся, что не опущусь до этого. Ничего, если я поборюсь за свои ценности?

Он хлопнул в ладони, и весь мир содрогнулся. На мгновение опустилась тьма, но, когда она развеялась, я обнаружил себя на холме. На огромном холме из старой винды. Ещё будучи мелким, я гадал, что находится там, за холмом.

И сейчас я мог увидеть, что за ней скрывалось. Как я себе и представлял раньше, бескрайние луга, убегающие за самый горизонт. От такого вида захватывало дух, сердце начинало странно щемяще биться, будто от ностальгии, а глаза…

А глаза поймали движение справа от меня, и я тут же ударил. Тело, моя копия, упало на землю с рассечённой грудью, из которой на траву брызнула кровь. Я другой вздрогнул с хрипом и затих.

Честно говоря, меня от собственной смерти аж пробрало.

Я потом меня пробрало от количества людей, которые стягивались ко мне. От количества моих собственных копий, которые были вооружены мечами. Они, словно какая-то волна, приближались ко мне со всех сторон, закрывая собой зелёные луга. Их было так много, что издалека они казались то ли ковром, то ли полчищем саранчи.

И я рубанул.

Один, второй, пятый, десятый, сотый… Удары срывались с моего клинка, который был точной копией меча великой снежной принцессы. Я рубил людей на подступи, стараясь не обращать внимания на то, что каждая копия — это я сам.

Трава становилась красной от крови. Количество тел росло, а противников становилось всё больше и больше.

Я не думал, с кем я воюю, с самим собой или с противником. Если сейчас я обрубал все связи с собой прошлым, убивал всё, что могло тянуть меня назад, то, значит, так тому и быть. Я не остановлюсь перед своей целью, и если такова за неё цена, я был готов её заплатить.

Они, другие я, подобрались ко мне вплотную, и клинок уже вскрывал их самих. Каждый взгляд, каждый из этих людей был мной. И почему-то с каждым убитым я чувствовал, как внутри что-то холодеет. Раз за разом холодеет, будто отмирает, оставляя пустоту.

Но я уже не мог остановиться.

Я увернулся от меча и наотмашь рубанул, и сразу четыре головы слетели с шеи. Шагнул вперёд и, развернувшись, отправил сразу несколько ударов, которые были будто один. Они срезали всех на своём пути, оставляя после себя тропу из трупов.

Взмах мечом, удар ногой, ещё один взмах мечом, и тройка падает и уже не встаёт. От крови земля становится влажной, и очень скоро я вообще перестаю её чувствовать, шагая по мягким податливым телам.

Гора трупов росла. Именно гора трупов, и она становилась всё больше и больше, когда на неё взбирались люди. И с ужасом я наблюдал, что убиваю не только собственные копии. Среди них всё чаще попадались другие люди, которых я видел в своей жизни до этого.

— Почему ты убегаешь от себя?! Ты не можешь отказаться от себя!!! — проорал другой я мне в лицо, и удар меча разрубил его пополам. Его тело скатилось к основанию небольшой горки.

Я отошёл назад, повыше на трупы, и сделал сразу с десяток ударов, каждый из которых убил меня самого. Я легко уворачивался от выпадов копий, в ответ на один удар нанося сразу тройку. Там, где не мог достать клинком, кидал лучик счастья, срубая по несколько за раз.

А им было не видно ни конца ни края.

Они будто стягивались со всех концов этого поля, только и ища возможности умереть от меня.

— Ты предатель!!! — проорал мне кто-то другой и упал вниз уже мёртвым.

— Ты предал, предал своего названного брата!!! — и ещё один падает вниз.

— Это ты должен был гнить за решёткой! Ты!!! — и меч срубил… того, кого я называл когда-то своим братом. Я так и не увидел, что пряталось в его взгляде — голова улетела в наступающую толпу.

— За что ты убил меня?! — девушка, чьё лицо я видел только с газет, свалилась вниз, когда удар пробил ей сердце.

— Ты всегда думал только о себе! — ещё одна копия, но уже моей вечно пьяной приёмной матери, свалилась вниз.

— Признайся!!! — ещё одна копия моего названного брата через мгновение падает вниз.

— Убийца!

— Ты предал его!

— Это ты должен был умереть там!!!

И чем больше я рубил, тем больше криков поднималось.