Читаем Черные начала. Том 6 полностью

Хотя куда приятнее было получить признание, как, например, от той ж Цурико, которая наблюдала за одним из боев, а потом, словно кошка, притёрлась ко мне и устроила жаркую ночь, шепча на ухо, какой же я, сука, быстрый и опасный, как незащищённый секс…

Ну, в смысле про секс, если что, я уже сам добавил, но смысл понятен.

Поэтому да, результат был. Конечно, против мечника в реальном бою я не попру с голыми руками, но тот случай в секте Вороньего крыла, где парень меня чуть не убил в рукопашке, когда я сам был с мечом, научил меня, что лучше уметь и то, и другое.

Попутно я шёл по ступеням Открытие бесконечности. Если честно, то по большей части это были глюки. Я не понимал смысл этой стадии, хотя Люнь говорила, что она самая важная из всех, что была на уровне Священного Роста.

То есть я принимал пару пилюль, после чего медитировал и видел… видения. По большей части видения, что мотались от моих собственных воспоминаний, которые заставляли внутри всё сжаться, до всяких мыслей и мечтаний. И чем была выше ступень, тем больше и сильнее они крутились, пока мне не становилось откровенно пофигу на это.

Что там было в прошлой жизни, кого потерял, что потерял — когда ты проматываешь одну и ту же картину раз за разом, то понимаешь, что она тебя уже больше не трогает. Вот так же было и здесь. И под конец я с ужасом понял, что мне становится наплевать даже на малышку Ки.

— Она… лишает тебя эмоций? Эта стадия, верно? — наконец спросил я, когда взял пятую ступень этой странной стадии.

— Почему? — посмотрела на меня внимательно Люнь.

— Видения, ты ведь тоже проходила через них, да? Они постоянно повторяются, обрывки прошлого, твои мысли, мечты, да всё, что в голову придёт. И они крутятся и крутятся до тех пор, пока ты не начинаешь чувствовать, что…

— Вся эта боль тебя отпускает? — сразу сказала она.

— Что мне становится плевать на всё. Будто выжигает всё внутри.

Я поймал себя на странной мысли, что прямо сейчас могу подойти к Цурико и просто отпинать до полусмерти, и при этом я не почувствую ни грамма раскаяния или жалости. В любой другой ситуации такая мысль вызвала бы у меня жалость и отвращение к подобному, а сейчас…

Плевать. Я мог наговорить прямо сейчас гадостей Люнь, довести её до слёз и не почувствовал бы раскаяния. Более того, я сейчас даже не чувствовал ничего, что бы меня удержало от этого. То есть прямо сейчас я могу сказать ей кучу всего, и вообще похер. Только мозг и останавливает меня от недержания всякой хрени.

— А разве это не одно и то же? — пожала Люнь плечами.

— Нет, Люнь, не одно и то же. Одно дело, когда тебе тупо плевать на всё и вся, а другое — когда тебя отпускает всё это, и ты живёшь уже со спокойной душой. Потому что если тебе становится плевать…

То ты становишься похожим на тех культиваторов, которые вырезают остальных просто потому, что могут. Потому что тебя максимально обесчеловечивают.

Эта стадия была похожа на первую, но с одним очень важным отличием.

Если на Познании жизни там я хотя бы чувствовал хоть какие-то чувства: отвращение, злость, неприязнь, та меняла твоё восприятие мира, из-за чего ты мог воспринимать людей как просто… что-то чуждое, что не вызывает жалости, то эта… Она просто заставляла тебя перестать чувствовать что-либо. Лишиться вообще всего человеческого.

И это слегка меня напрягает, так как, по сути, границ-то, за которые не стоит выходить, и нет. Любое действие, и ничто уже тебя не удержит в рамках.

Может поэтому некоторые культиваторы, типа того же наёмника, вот так просто вырезают деревни и города, если те встают у них на пути. Ты не видишь в них людей, и тебя вообще не трогают их смерти. Есть только цель и ты.

Это был… странный уровень, если честно. Я бы даже сказал, что в какой-то мере жуткий. Слишком много на уровне Священного Роста было завязано именно на том, чтобы сделать из тебя машину для убийств. Будто этакая плата — хочешь стать богом, перестань быть человеком и избавь себя от всего, что с ним тебя связывает.

Поэтому… поэтому было довольно сложно пройти его, и тем не менее я преодолел все эти ступени. Одну за другой я брал их, понимая, что от всех эмоций, которые я испытывал к малышке Ки, да и всем тем, кто остался у меня в памяти, оставались лишь серые тени. Наверное, из-за этого я налёг слегка на алкоголь, который помогал справиться с подобным побочным эффектом.

Как это меня сделает сильнее в физическом плане, одному богу известно, но тем не менее все двенадцать уровней я взял, на что ушло ни много ни мало ещё два с половиной месяца. Это были два с половиной месяца постоянных тренировок с Гоем в стиле Пьяной обезьяны на задней площадке и сражений на арене для оттачивания навыков и штурма шестого уровня.

Если бы меня спросили, как ты провёл время в городе обезьян, я бы сказал, что не видел ничего, кроме тренировок. Такова цена быстрого подъёма по уровню, и мне страшно представить, как бы я сам через него проходил, потому что чувствовал себя под конец ни живым, ни мёртвым.

Мне было тупо плевать на всё. К тому же, когда ступени заканчиваются, начинается время для прохождения барьера.