– Подловила, – поражённо протянул он и усмехнулся, – я удивлён. Не ожидал таких выводов от молоденькой девчонки. Но не боишься ли за обладание такой информацией лишиться головы? Или, может, голова должна слететь с плеч того, кто разбалтывает гостайны гражданским? – шёпотом намекнул он на Дая.

– Но вы же никому не скажете? – сладко прошелестела Лилит. – А взамен я не расскажу, что вы подслушиваете чужие разговоры под окнами.

– Сделка значит? – озорно блеснул молочно-голубыми глазами он. – Так теперь нас объединяет общая тайна. Мы почти что преступники, не находишь? Ты ведь тоже не аристократка, девочка-кукла…

– Я Лилит, – дружелюбно сказала она и протянула руку.

– Климент Бэрос, – ответил он на рукопожатие. Он странно дернул левой рукой, и Лилит заметила, что она была искусственной, механической. Пальцы были тонкими, со стальными позолоченными фалангами. Похожий протез, но значительно более низкого качества она уже видела в таверне у пирата, Джека Харкера.

По тому, как Климент неловко управлял своей рукой, она поняла, что он получил её недавно. Заметив любопытный взгляд Лилит, мужчина спрятал руку в карман распахнутого двубортного сюртука, очень похожего на сюртук Дая, но немного другого кроя.

– Знаешь, Лилит, – сказал он, отвлекая её внимание от своей руки. – Если ты так интересуешься «тенями», тебе будет полезен слушок о вакантном месте, – Климент многозначительно подмигнул ей. – Если заинтересована, приходи завтра на это же место.

– И что случится? – спросила она, когда мужчина уже собирался уйти.

– Кто знает, – неопределённо пожал плечами он, – быть может, интересное приключение?

Климент не глядя на неё махнул на прощание рукой и скрылся за анфиладой замка.

Ⅴ

Дай проснулся посреди ночи, лёжа в одежде на кушетке и с книгой на носу. Он всегда спал чутко и сейчас открыл глаза, услышав, как кто-то нерешительно переминается возле двери в его комнату.

Из лазарета его отпустили, лежать там не было смысла: швы наложили, бинты тоже, завтра сделают новую перевязку и всё, а спать он может и в своей комнате.

Дай невольно нашел глазами свой чёрный сюртук с золотыми пуговицами и каёмками, висевший на дверце шкафа, на вешалке. Где-то там, в кармане лежит камень – цена его свободы. И если сейчас у двери стоит грабитель или предатель, то он точно пришёл не Дая с возвращением поздравить, а за артефактом. Но так просто Даймонд его не отдаст. Не зря же шкурой своей рисковал, и, тем более, от камня зависит его освобождение.

Нужно вооружиться.

Но единственное, что оказалось по близости – книга. И эффект неожиданности. Рядом на тумбочке за его головой горела керосиновая лампа.

Дай потёр пальцами слипающиеся веки и всмотрелся в рукописные каракули, которые читал несколько часов назад, и весь обратился в слух.

Дверь едва слышно скрипнула и так же тихо закрылась. В комнату прошмыгнул воришка, вернее, воровка – Лилит.

Белая сорочка с лёгкими кружевными рукавами и воротничком делала её хрупкий силуэт ещё более похожим на изящную куклу: большие чёрные глаза, длинные каштановые волосы и белая кожа.

«Воровка сердец», – добавил про себя Дай.

– Что ты здесь делаешь? – скучающе спросил он и уставился в книгу, делая вид, что усиленно читает. – Твоя комната в другом корпусе.

– Я знаю, – раздражённо огрызнулась Лилит.

– Ну так иди, – кивнул Дай в сторону двери, не отрывая глаз от чернильных каракуль на пожелтевших листах бумаги. Что ж со зрением то? Ничего разобрать не может. – Ты мешаешь мне читать.

– Ты читаешь книгу вверх ногами, умник, – насмешливо фыркнула она.

Дай поперхнулся, недоумённо посмотрел на кожаную обложку с перевёрнутым названием, тяжело вздохнул и положил книгу раскрытыми страницами на спинку кушетки.

Лилит подавила смешок и, протрусив босыми ногами по мягкому ковру, улеглась на кушетку у Дая под боком.

Он неловко подвинулся и машинально обхватил её костлявое плечо. Лилит вздрогнула, но ничему возражать не стала, наоборот прижала ладони к его груди.

Сорочка была ей великовата (досталась от Шеллы), и вырез оттопырился, перестав скрывать родинки.

Дай смущённо отвел глаза. Девушкам неприлично разгуливать в таком виде.

– Чего ты добиваешься? – спросил он, пытаясь поймать её взгляд. – Не думай, что так просто можешь заявиться среди ночи в комнату к мужчине. А если бы тебя заметили? Ты хоть представляешь, за кого бы тебя приняли и какие бы слухи потом пошли? А о том, что чувствую я, ты подумала?

Лилит напряжённо замерла, и Дай понял: она вообще ни о чём не думала. Он обессиленно вздохнул и взглянул в окно. Ночь была беззвёздная, туманная, а может, это в комнате было слишком светло.

– Зачем пришла? – спокойно спросил он.

– Не могу уснуть на этих мягких перинах, как вы богачи вообще на них спите? – пропыхтела она, не отрывая глаз со своих рук. – В этих матрасах утонуть можно…