Читаем Черно-серый полностью

– Рад вас видеть, – как мед на сердце, не лгал. Бесспорно, соседка по столику не бросалась в объятья, но учтиво кивнула. Бесстудному Нилу того было абсолютно недостаточно, и он продолжил обсыпать сладкими словами. Говорят, девушки любят ушами. Это походит на правду, но всех под одну гребенку? Никак нет. – Рад тому, что вы живы и здоровы, Шофранка, – он сделал акцент на ее имени, ведь в предыдущей беседе бранил себя, что его не запомнил. Тут алкал о том, чтоб она заметила то. – Приятно видеть вас. А что насчет девушек, то прошу простить. Избавлю вас от их нелестных речей как можно скорее, если изволите. Лично прослежу за этим, – действительно надеялся, что знакомки в заведении надолго не задержатся. Коли не понимают, что с такими людьми ссориться нельзя – теперь пусть сами возятся со своими загадками.

Не надобно быть ученым, чтоб понять, как тяготел по Шофранке он, а безобычное заключение дня не могло не радовать. Даже самый отдаленный от сей ситуации человек, завидев его сияющие глаза и сбитый тембр речи, сделал бы такие выводы. Излишне много телодвижений совершал, жестикулировал, да волновался пред совершенно простой дамой. Сам не замечал, что его взбудораженность столь очевидна со стороны, посему совершил очередной необдуманный поступок. Поднялся на ноги, да подошел к мирно восседающей Шофранке. Кричать через зал – не лучший тон, в чем мы уже смогли убедиться. Огибая круглые столики, приблизился к ней. Едва касался подушечками пальцев краев, но не опирался, как завороженный, стремился к цели. Помимо того, что форма мебели, с ее расположением, без прочего была не самой удобной, тут еще и неугомонный артист пред публикой мельтешит! Впрочем, если с первым еще люди мирились – отсутствие лишних углов было им, как пьющим, лишь на пользу, а в тесноте кабаре уже привычно, то второе сильно выводило из себя. Как «счастье улыбнулось» каждому находящемуся внутри – уму не постижимо.

Для львиной доли граждан, надо полагать, цыганка ничем не отличалась от других. Яркие аксессуары были достаточно вызывающими, но тем не менее, нисколько не оскверняли облик. Она выглядела вполне гармонично, да не притягательно. Пожалуй, тому причиной были скромные и скованные ужимки. Как завялая елка с праздничными украшениями. Для Нила же она нечто диковинное, непривычное глазу создание. Вероятно, душевная простота к себе и тянула. Мало таковых ныне в его кругу общения, сам выбрал с кем водиться, о иных совсем позабыл. Конечно, дабы обогнуть круг приличных дам ему пришлось постараться, но произошло все столь стремительно, словно и не происходило никогда. В который раз он убедился – долго находясь во тьме можно ослепнуть.

Со стороны Нил стал походить на прислугу не меньше, чем местные рабочие. Так уж сильно хотел услужить. Хотя и чувствовал себя несколько неудобно, делать боле нечего.

– С вашего позволения? – испытывал нетерпение. На первый взгляд, переминаясь с ноги на ногу, можно подумать, что выглядел Собакин глупо. Но на самом деле так оно и есть. Наконец раздобыл свой драгоценный камень, не мог вести себя иначе. Шофранка кивнула – согласна составить компанию. Что ж она все не здоровается? Только так холодно и безразлично кивает. А давно ли уши греет? Надо надеяться, что про отцовство не слышала. Только надежда в столь постыдные минуты и остается. Не исключено, что девушке не было дела до личных разбирательств Нила, однако ему все чудилось иначе. Есть такие люди, коим кажется, будто мир вокруг них крутится. – Я смею объясниться? – но, стоит отметить, в тот момент он мысленно отдал титул «пуп земли» своей молчаливой собеседнице.

– Не стоит, – слегка улыбнулась Шофранка. Она, в свою очередь, не испытывала таких взбудораженных эмоций, не походила на бирюка в брачный сезон, в отличие от собеседника. Оно и не мудрено, с чего бы? Единственное – занимательно пребывать в свежей обстановке. Словно что-то задумав, оглядела новоявленного. Ее изумительные черные глаза действовали как магнит. – Оставьте. Б-г им судья, – в тот же миг опустила их. Музыка стала громче, говоры вокруг более веселыми, а Нил боялся упустить что-либо из ее уст вне зависимости от значимости произнесенного, главное – запомнить. Некое внеземное чувство делало его счастливым. На трезвую голову! За такое нужно хвататься руками и ногами, как за бечеву помощи. – И им, и мне, и вам, – от чего-то ушла в уныние. – Я же вас послушать пришла, а не выяснения отношений, – и в тот же миг из него вынырнула. Довольно схоже с их предыдущей встречей. От чего, интересно, у нее привычка скакать по темам?