Читаем Чëрная звезда полностью

— Да так, ничего. — Роза вскакивает из-за стола. Иона, верно, решит, что она еще совсем ребенок: пьет чай с куклами! — Просто игрушки. Папа их для меня сделал.

Но Иона не подает виду, даже если и подумал что-то в этом роде.

— Я хотел бы прогуляться по саду. Подышать свежим воздухом, — говорит он. — Вы не составите мне компанию?

Роза не заставляет просить себя дважды. Она выходит вслед за Ионой из комнаты, даже не обернувшись.

Они идут по саду между аккуратно засаженных клумб. Роза пытается исправить впечатление:

— Они не виноваты… понимаете, они вечно расстраиваются из-за всяких пустяков.

— Я в жизни ничего подобного не видел! — признается Иона, подбирая камешек и пуская блинчик по глади садового пруда. — Подумать только, автоматы с живыми реакциями! С настоящими чувствами!

— Это были пробные образцы, — объясняет Роза. — Но на продажу папа не стал их делать: сказал, что наделять куклу личностью слишком хлопотно, и это все равно не окупится.

— Ваш отец… — Иона покачивает головой. — Вы понимаете, Роза, ваш отец — настоящий гений! Что он еще изобрел?

Роза рассказывает ему о садовом роботе и о поваре. Иона кивает — теперь понятно, почему из еды в доме не бывает ничего, кроме супа. Роза думает, не рассказать ли ему про машину времени… но ведь тогда придется рассказать и о кролике, а это никак нельзя. Иона сочтет ее жестокой. Так что она говорит о другом, а Иона только слушает и задумчиво кивает.

— В Столице этому просто не поверят! — наконец восклицает он, и сердце Розы заходится от радости. Она и так уже была почти уверена, что он возьмет ее с собой в Столицу, а теперь сомнений и вовсе не осталось.

— А как вы думаете, когда вы достаточно окрепнете, чтобы отправиться в путь? — спрашивает она, скромно потупившись.

— Завтра, — отвечает он.

На высокой ветке вскрикивает голубая сойка; Иона поднимает глаза, выискивая ее взглядом.

— Тогда я сегодня приготовлю особый ужин. В честь вашего выздоровления.

Она берет его за руку, и он вздрагивает от неожиданности.

— Очень мило с вашей стороны, Роза, — говорит он и поворачивает обратно к дому. Пальцы его выскальзывают из ее руки — как будто нечаянно, и Роза говорит себе, что это ничего не значит. Они уедут отсюда вместе, уже завтра. Все остальное неважно.

* * *

Вернувшись с прогулки, Роза идет к себе в комнату. Эллен сидит на кровати. Корделия примостилась на подоконнике и напевает себе под нос что-то не очень мелодичное. Роза выходит, но вскоре возвращается, волоча за собой пустой сундук, добытый на чердаке. Эллен тут же на него перебирается, садится на крышку, свешивает ноги и молотит пятками по стенке сундука.

— Ты не можешь вот так взять и уйти и бросить нас здесь! — заявляет она, когда Роза решительно отталкивает ее и начинает укладывать в сундук одежду.

— Еще и как могу.

— Мы останемся совсем одни, и никто больше о нас не позаботится, — вздыхает Корделия на подоконнике.

— Папа вернется и будет заботиться о вас.

— Он никогда не вернется! — вскрикивает Эллен. — Он ушел и погиб на войне, а теперь и ты тоже уходишь!

Плакать она не может — в конструкцию это не заложено, — но в голосе ее все равно слышатся слезы.

Роза с грохотом захлопывает сундук.

— Отстаньте от меня, — приказывает она. — А не то я вас обеих выключу. Навсегда.

Куклы умолкают.

* * *

Придирчиво рассматривая себя в зеркале, Роза надевает одно из старых маминых платьев — с кружевами на манжетах и по подолу. Потом спускается в погреб и находит последнюю банку консервированных персиков и единственную бутылку вина. Из запасов остались только сушеное мясо, немного муки и старый хлеб. Хранить все это и дальше не имеет смысла: ведь завтра она отсюда уйдет. Так что Роза тушит мясо с овощами из сада, выкладывает рагу на лучшие фарфоровые тарелки и ставит на стол вместе с вином и персиками.

Спустившись в гостиную, Иона смеется при виде накрытого стола.

— Да вы и вправду постарались! — говорит он. — Когда-то мы с сестрами делали набеги на кладовую среди ночи и тоже устраивали себе такие пиршества.

Роза улыбается в ответ, хотя чувствует на себе пристальные взгляды: Корделия и Эллен наблюдают за ней украдкой то из-за штор, то из темного угла, но тут же прячутся, стоит ей повернуться. Роза мысленно посылает их ко всем чертям и продолжает улыбаться Ионе. Тот — воплощенная галантность. Он наливает вина сначала ей, потом себе и предлагает поднять бокалы за победу над врагом. Роза уже и забыла, из-за чего началась война и с кем они воюют, но все равно выпивает до дна; на вкус вино горькое и какое-то затхлое, как подвальная пыль, но она делает вид, что ей понравилось. Иона вновь наполняет бокалы и предлагает еще один тост: за таких женщин, как Роза. Если бы все наши барышни были такими доблестными и отважными, мы бы уже давно выиграли эту войну, говорит он. Хотя вино и гадкое на вкус, Роза с удивлением замечает, что от него по всему телу разливается приятное тепло.

Наполнив бокалы в третий, последний раз, Иона встает.