Читаем Человек с автоматом полностью

Мокрый асфальт дружелюбно сверкал в лучах восходящего солнца. Легкая пелена тумана быстро опускалась на все еще безлюдные улицы и переулки. Прохладный утренний ветерок шелестел листвой и беззаботно "гнал" по тротуарам бумажный мусор и рваные ошметки пластиковых пакетов. Где-то в самой глубине огромного города с гулким грохотом и визжанием просыпались первые троллейбусы и трамваи. Москва, как и подобает уважаемой столице Великого государства, степенно пробуждалась ото сна и начинала жить своей привычной жизнью: бурной напыщенной и неудержимой. Генка торопливо сбежал с подножки автобуса, доставившего его из аэропорта в город, и неуверенно и с щемящим трепетом в сердце огляделся. Ему все еще не верилось, что он, наконец-то, оказался дома. Вдали от бескрайних песков и скалистых острогов. Вдали от свиста вражеских пуль и брошенных в спину ненавистных взглядов. Вдали от всего того, что еще совсем недавно было для него неотъемлемой частью жизни. Генка, с трудом сдерживая волнение и нервную дрожь во всем теле, вот уже около получаса продолжал стоять возле черного жерла "подземки" и беззаботно наслаждаться утренним очарованием родного города. - Эй, братишка, закурить не найдется? - неожиданно вывел его из оцепенения чей-то громкий и слегка высокомерный голос. Голос показался Генке до боли знакомым и прозвучал из окошка приземистых "Жигулей", притормозивших рядом с ним. Генка медленно, сохраняя маску равнодушия на лице, подошел к машине и нагнулся к ее боковому окошку. - Я не курю, - не совсем уверенно произнес он. - Генка? Ты?! - раздался из машины сдавленный возглас. Невысокий темноволосый парень в черной кожаной куртке и роскошных "найковских" кроссовках резво выскочил из машины и бросился обнимать Генку. - Ты меня еще помнишь, а? Я же Леха! Ну-у....тогда в учебке, в Ашхабаде, ты на меня еще "наехал" 38 ?! - задыхаясь от волнения, быстро затараторил он. - Ну, ты как, а? Когда вернулся из Афгана, а? - Я только что из аэропорта, - сдержанно ответил Генка. Он, наконец, узнал говорившего. Это был тот самый "пижон", с которым они познакомились в учебке незадолго до отправки в Афган. И хотя чувство прежней, ничем необъяснимой неприязни вновь пробудилось в душе Генки, он все же решил не омрачать радости от встречи сослуживцев и мастерски изобразил на своем лице гримасу "неподдельной" радости и счастья. - Слушай, да ты у нас оказывается еще и герой, - между тем продолжал Леха, с изумлением и завистью разглядывая Генкин китель и сверкавший на нем орден. Леха неожиданно скривил губы в ехидной усмешке и, наклонившись к самому уху Генки, торопливо зашептал: - Генок, только честно! - Ты где этими побрякушками "отоварился"? На границе, да? Только не заливай мне, что они все твои. Честно заработанные, ха-ха! Вон у меня тоже медалька дома есть "За отличие в воинской службе". Так нам их всему полку выдали. Ну, на "дембель" значит. А вам? - А нам их не выдавали. У нас их еще надо было вначале заслужить,- слегка побледнев, огрызнулся Генка. - Что, не веришь, да? Может, хочешь взглянуть на орденскую книжку? Или, может, на "Военный билет"? А? - Да я пошутил, Генок, - виновато заулыбался Леха и поспешил сменить тему разговора. - Ты сейчас домой, да? А то давай - подброшу до "хаты" 39 ?! Мы вот тут с "телками" 40 решили маленько расслабиться..... А то может...того! Присоединяйся! Ты как, а? - Да нет, как-нибудь в другой раз, - уверенно отказался Генка и не без сарказма бросил взгляд в адрес сидевших на заднем сидении "Жигулей" размалеванных "телок" . - Ладно. Звони, тогда. У тебя мой телефон есть.- разочарованно произнес Леха и взялся за дверную ручку автомобиля. - Звони , давай! Все-таки не чужие. Из одного котелка жрали... Генка уже не слышал его слов. Он, наконец, принял решение и, взмахнув на прощание рукой в сторону Лехи, быстро сбежал вниз по ступенькам ко входу в метро.