Читаем Человек с автоматом полностью

Наконец, пришел день и грянул Дембель. Для Генки, Дениса и доброй дюжины других "старослужащих" Генкиной части. Ранним, необычайно прохладным утром, в надраенных полуботинках, в новенькой, подшитой белым материалом изнутри во всех мыслимых и мыслимых местах, "парадке" Генка и Денис неподвижно застыли перед строем, томясь в ожидании предстоящего торжества. -Ну что, Геннадий, -миролюбиво улыбаясь, заговорил замполит , подходя к Генке. -Еще денек, другой , и дома , а? -Так точно, товарищ полковник! -скороговоркой выпалил по старой привычке Генка. - Ты уж напиши нам , что и как, -продолжал полковник. -Ну-у, я попробую, -неуверенно пообещал Генка и поспешил сменить тему разговора. Писать он никогда не любил. И все эти обещания: "чиркнуть пару строчек" и лихорадочный обмен адресами между сослуживцами воспринимал не более чем дань традиции и этикету. -Ну-у, желаю тебе всего хорошего, -между тем продолжал замполит и чуть было не прослезился при последних словах. -Передавай привет и благодарность своим близким! Генка кивнул и перевел свой взгляд на майора Кононова, с которым у него было связано несколько мрачных воспоминаний. И прежде всего они касались дружбы майора с Ворониным. Кононов неуверенно улыбнулся и с готовностью протянул Генке руку. -Нет, товарищ майор, и растерянно забегал глазами и поспешил изобразить на своей пухлой физиономии удивленную мину. -Да ладно, Генок, -настойчиво пихая Генку в бок, зашептал ему прямо в ухо Денис. -Брось. Ты его в последний раз видишь... -Чтож, тем лучше для него, - резко отрезал Генка и, больше не принимая во внимания возражения Дениса, уверенно направился к Северцеву, стоявшему чуть в сторонке от остальных офицеров Генкиной части. Майор дружески улыбнулся на встречу Генке, крепко пожал протянутую им руку и грустно произнес: - Ну что, Геннадий Викторович, и вы нас тоже покидаете. - Так точно, товарищ майор, -ответил на приветствие Генка. -Ну, Гена, давай, давай, - похлопал его пот плечу Северцев. -А то может того...останешься, а? На сверхсрочную? Или в училище махнешь, а? При первых же словах о возможной офицерской карьере Генка вспомнил про Воронина и лицо его помрачнело. -Да нет, Александр Сергеевич, домой пора. Девушки ,поди ,заждались, -выдавливая из себя улыбку ,отшутился Генка. -Да и не по мне армейская служба. Скучновато у вас тут. -Ладно, ладно! Скучно ему стало?! - искренне рассмеялся и вдруг, резко убрав с губ улыбку ,он наклонился к самому уху Генки и серьезно добавил. -Знаешь ,Гена, я очень рад твоему решению. Ты отличный парень и хороший солдат. Но мой тебе совет - держись подальше от оружия и войны. - Это почему же, Александр Сергеевич, -недоуменно переспросил Генка. -Потому, -грустно произнес Северцев. -Потому что это у тебя слишком хорошо получается. Ты отчаянный человек и однажды, поверь мне, ты уже не сможешь остановиться. И одному богу известно, что из всего этого получится. А теперь иди. Иди и не смей оборачиваться. Северцев легонько подтолкнул Генку в направлении самолета и , молодцевато отдав "честь" ,неподвижно замер рядом со строем. Генка махнул на прощание рукой своим боевым товарищам и решительно направился в сторону самолета. Прощальные слова Северцева глубоко запали ему в душу. Майор был абсолютно прав .Генке уже нравилось воевать. И, что самое чудовищное, у него это прекрасно получалось. Как будто именно для этого он и был создан Природой. Вот это-то и вызывало в его душе необъяснимое чувство горечи и дискомфорта.

Через несколько минут он был уже в самолете и, гулкий рокот двигателей оборвал его тревожные мысли. Входная дверь в последний раз тревожно скрипнула и с гулким скрежетом навсегда отгородила Генку от кровавого кошмара воюющего Афганистана. Впереди еще был Кабул, но этот город вряд ли можно назвать частью Афгана. Это был уже почти "Союз", хотя до советской границы было еще ой как далеко и ,воздух над городом время от времени вспенивался зловещими шарами от разрывов "Стингеров" и снарядов, с гулким треском вспарывали ночную мглу автоматные очереди и изредка тарахтели над скалами боевые "вертушки". Афганистан высокомерно прощался с Генкой, но Генка не в силах был проститься с ним .Он говорил лишь: "До свидания!", хотя и знал , что уже никогда не вернется сюда.

Глава третья

ОТВЕРЖЕННЫЙ