Читаем Чаща полностью

— Меня нет дома, — услышал я женский голос. — Пожалуйста, оставьте сообщение после звукового сигнала.

Звуковой сигнал раздался слишком уж быстро. Я не успел подготовиться. Положил трубку.

Поступил как юнец.

Голова шла кругом. Двадцать лет. Прошло двадцать лет. Люси теперь тридцать семь. Я задался вопросом, осталась ли она такой же красоткой. Подумал, что зрелость не могла ей повредить. Некоторые женщины, и Люси, пожалуй, относилась к их числу, с годами только расцветали.

«Давай, Коуп, действуй».

Я попытался. Но услышать голос, который звучал так же, как и прежде… все равно что оказаться рядом с соседом по студенческому общежитию. Через десять секунд годы уходят, и кажется, что ты в той самой комнате и ничего не изменилось. Такая вот со мной случилась история. Мне вновь стало восемнадцать.

Я несколько раз глубоко вдохнул. И тут в дверь постучали.

— Заходите.

На пороге появилась Мьюз:

— Еще не звонил ей?

— Позвонил по домашнему номеру. Автоответчик.

— Сейчас ты ее скорее всего не найдешь. Она на занятиях.

— И откуда ты это знаешь?

— Я главный следователь. И не обязана слушать все, что ты говоришь.

Она села, положила ноги в удобных туфлях на стол. Всматривалась в мое лицо и молчала. Я тоже не нарушал тишины. Наконец она не выдержала:

— Хочешь, чтобы я ушла?

— Сначала расскажи, что выяснила.

Мьюз приложила все силы, чтобы скрыть улыбку.

— Она уже семнадцать лет как поменяла фамилию. Стала Люси Голд.

Я кивнул:

— Наверное, сразу после внесудебного соглашения.

— Какого внесудебного соглашения? Ах да, подожди, вы подали иски к владельцу лагеря, так?

— Семьи жертв.

— А принадлежал лагерь отцу Люси.

— Правильно.

— Неприятное дело?

— Не знаю. Я в этом не участвовал.

— Но вы выиграли?

— Конечно. В этом летнем лагере охраны практически не было. — Я поморщился, произнося это. — Семьи получили самый крупный актив Силверстайна.

— Сам лагерь?

— Да. И продали его компании-застройщику.

— Весь участок?

— Там был пункт, касающийся лесов. На эту землю налагались ограничения — никакого строительства.

— И сколько вы получили?

— После выплаты вознаграждения адвокатам каждой семье досталось больше восьмисот тысяч.

— Ничего себе. — Глаза Мьюз округлились.

— Да. Потеря ребенка приносит большие деньги.

— Я не хотела…

Я отмахнулся:

— Знаю. Просто я говнюк.

Она спорить не стала.

— Должно быть, такие деньги многое изменили.

Я ответил не сразу. Деньги родители положили на общий счет. Мать сняла сто тысяч, с которыми и убежала. Нам оставила остальное. Поступила великодушно. Мы с отцом переехали из Ньюарка в Мои клер. Я уже получил стипендию в Ратжерсе,[29] но после суда нацелился на юридическую школу Колумбийского университета в Нью-Йорке. Там и встретил Джейн.

— Да. Это многое изменило, — наконец подтвердил я.

— Ты хочешь узнать больше о давней возлюбленной?

Я кивнул. Лорен продолжила:

— Она училась в Калифорнийском университете Лос-Анджелеса. Защитила диплом по психологии. Потом докторскую диссертацию в Южно-Калифорнийском университете. Там же стала доктором английского языка и литературы. У меня еще нет полного списка колледжей и университетов, где она преподавала, но сейчас она профессор Университета Рестона. С прошлого года. Ее дважды привлекали к ответственности за вождение в пьяном виде. В Калифорнии. В 2001 и в 2003 годах. Штрафовали. В остальном перед законом она чиста.

Я сидел, переваривая полученную информацию. Вождение в пьяном виде. На Люси не похоже. Ее отец Айра довольно часто закидывался и курил травку… так часто, что Люси не проявляла никакого интереса ни к спиртному, ни к наркотикам. А тут дважды вождение в пьяном виде. Такого я не мог и представить. Но ведь я знал ее еще девушкой, когда по закону ей и не разрешалось пить. Счастливой девушкой, немного наивной, не Испытывавшей проблем в общении что с подростками, что со взрослыми. Денег в семье хватало, а ее отец не обидел бы и мухи.

Все это тоже умерло в ту ночь в лесу.

— И вот что еще. — Мьюз чуть изменила позу, слишком явно демонстрируя безразличие. — Люси Силверстайн, она же Голд, не замужем. Я еще не довела проверку до конца, но, судя по тому, что вижу, она вообще не выходила замуж.

Я не знал, какой из этого сделать вывод. Ее семейное положение определенно не имело отношения к происходящему. Но меня это неприятно удивило. Умная красивая энергичная девушка, которую все любили… Как она могла все эти годы оставаться одна? А потом, это вождение в пьяном виде.

— Когда заканчиваются занятия?

— Через двадцать минут.

— Ладно. Я ей сразу позвоню. Что еще?

— Уэйн Стюбенс ни с кем не видится, за исключением ближайших родственников и адвоката. Я над этим работаю. Есть еще некоторые мысли, но об этом говорить рано.

— Только не трать на это много времени.

— Хорошо.

Я посмотрел на часы: еще двадцать минут.

— Пожалуй, я пойду. — Мьюз встала.

— В чем дело?

— Еще один момент.

— Да?

— Хочешь взглянуть на ее фотографию?

Я поднял глаза на Мьюз.

— На сайте Университета Рестона есть фотографии всех профессоров. — Она протянула мне листок бумаги. — Вот адрес сайта. — Ответа ждать не стала. Положила адрес на стол и отбыла.