Читаем Бутик модной мадам полностью

Вечер сюрпризов продолжался. Сначала меня удивил Юра, назначив свидание мне и Лане в одном месте. Но в ответ и я поразила его, явившись под руку с Виталием Максимовичем, пойманным мной на лжи и подозреваемым в серии убийств. Потом на сцену выступила Ритка почти в обнимку с нашим потенциальным мэром.

И вот теперь, видимо, начальник штаба сильно удивился, поняв, что кто-то лазил по его сотовому телефону. А так как он застал меня на улице в собственной куртке, то вряд ли у него остались сомнения относительно того, кто это был. Даже мне бы не понравилось, что кто-то читал мою почту: хоть обычную, хоть электронную, хоть эсэмэски. Что уж говорить о том, кому есть что скрывать. Тем более, если он пытается скрыть причастность к насильственной смерти инструктора. Надеюсь только, что Виталий Максимович не начнет меня душить прямо здесь – под фонарем, на глазах у Маргариты и пока не давшего газу Табуреткина.

– Виктория, до меня только что дошло, что мы не договорились о новой встрече, – Шустров старался перекричать работающий мотор своей машины. – Что это значит? Неужели вам не понравилась моя компания?

Я не смогла сдержать вздох облегчения. Начальник штаба не тыкал в меня телефоном, как уликой, он просто вертел его в руке. Пока обыск, учиненный мною в меню его мобильника, не всплыл.

– Мы обязательно увидимся завтра в штабе, – многообещающе улыбнулась я. – До свидания!

Наконец-то нам удалось спровадить наших провожатых. Было уже поздно, хотя спать я, конечно, не собиралась. Мне не терпелось пообщаться с Риткой. Мы поднялись к ней посидеть на кухне, поговорить за жизнь. И я устроила подруге бурю в стакане воды, пресс-конференцию после разгромного матча, головомойку без шампуня и кондиционера.

– Рит, что за дела? У тебя что, роман с Табуреткиным?! – набросилась я на нее.

– Нет, Вик, у нас повесть, – хмыкнула моя собеседница.

– Почему же я ее читаю не с самого начала? – Мне не понравилось, что она не предупредила меня о своих планах на сегодняшний вечер. Мы знакомы с ней сто лет и привыкли делиться абсолютно всем. Так, я узнала о ее беременности даже раньше теста! – Амурная история работающей женщины, воспитывающей двоих детей, – это почти библиографическая редкость.

– А ты сама-то написала объяснительную, зачем кокетничаешь с Шустровым? Чтобы Юру порадовать? – не осталась в долгу Маргарита.

– Короче, нет – тайнам и интригам. Да – свободному и детальному обмену мнениями. Считай, что только что состоялось открытие научно-практической конференции «Личная жизнь в вопросах и ответах», – провозгласила я. И налила себе еще кофе. Разговор предстоял длинный. – А то в последнее время мы с тобой только политику и криминал обсуждаем. Будто мы не лучшие подруги, а начальник ГУВД с областным прокурором.

– Да, обычно нам, как и любым женщинам, для перемывания костей моющие средства не нужны.

– Рит, оставь в покое бытовую химию и ответь, наконец, на мой вопрос, – не терпелось мне.

– Я не знаю, что на него ответить, – пожала плечами подруга. – Разве можно сказать заранее, как сложатся отношения? Но думаю, что я и Афанасий Иванович нравимся друг другу.

– Тебе нравится Табуреткин не как работодатель, а как мужчина? – уточнила я.

– Возможно, – туманно высказалась подруга.

– Ты меня удивляешь! Он же политик. А это диагноз! Они же ради своего рейтинга готовы отречься от родной матери. Или вернуться от молодой любовницы к старой жене. И даже начать войну. Были прецеденты. Ритка, будь осторожна. Не спорю, внешне Табуреткин вполне приятный, обходительный. И, наверное, на какое-то время с ним можно почувствовать себя на седьмом небе. Но потом придется спускаться на землю. Боюсь, что без парашюта.

– Вик, что за намеки? Это же сплетни. Никто ведь не знает, что на самом деле тогда произошло, – возмутилась Марго.

– Ладно, конечно, тебе решать. Но нет дыма без огня…

– Ничего решать я не собираюсь, – в тоне Маргариты появилось раздражение. – Как будет, так и будет. Я и сама понимаю, что политика – дело грязное. Просто, когда работаешь на человека, на его имидж, начинаешь верить, что он достойный кандидат. Во всех отношениях. Хочется, чтобы он победил, прошел, чтобы его выбрали. Это же будет означать, что мы хорошо сделали свое дело. Но, кстати, Афанасий Иванович не так уж и плох. По сравнению с остальными, те откровенные воры и хамы.