Читаем Буймир (Буймир - 3) полностью

- Заморочить голову мне хочешь? Или мы не знаем твоего роду? Какой же он богомольный, твой Мусий Завирюха? Смолоду, может, и пел на клиросе, зато потом председателем комбеда был, хозяев разорял, а теперь в лесах партизанит!

Выходит, Мавра сама накликала на себя беду.

Убедившись, что староста не в силах укоротить язык старухе, ефрейтор движением руки приказывает: перевернуть все в доме!

Старосту в жар бросило.

- Открой сундук! - велит он Текле.

- В Москву ездила? Золотой медаль дадено тебе? - напомнил Тихон.

Хищно водил глазами по углам, подсвечивал себе фонарем - всякий хлам, картошка, свекла... Будто совсем мирная хата, а на деле?

Тихона учить не надо, ничто не укроется от его глаз, даже под землей найдет, мигом заметит, где земляной пол потрескался или запал, где что припрятано, в стене замазано или закопано под припечком. Что лежит в навозе или на дне колодца, что засунуто под стреху.

Однако, как ни старался Тихон, все перерыл, из сундука все женские тряпки повыкидал (теплая одежда, юбки, кофты - все поношенное, новое где-то укрыто) - ничего запрещенного не нашел.

- Где твой медаль? - заорал на Теклю. - Я всю хату разнесу, а найду!

- Давно сбыли, нужда заставила, на продукты выменяли, - уверяла Мавра полицая, - чего ты привязался?

Еще больше насторожила Тихона. Он завертелся туда-сюда по хате... Вдруг его осенило. Бросился к люльке. Отчаянный крик вырвался у Текли.

- Не смей! - кинулась она к полицаю.

Селивон преградил ей дорогу. Ефрейтор с любопытством следил за происходящим. Тихон почуял, что напал на след. Разбудил ребенка, выдернул из-под головы подушку, вспорол. По хате разлетелись перья. Тихон расплылся в самодовольной улыбке. Ну уж и поиздевался, потешил душеньку... Перед изумленными глазами ефрейтора и старосты заблестела золотая медаль. У Текли слезы залили глаза - как она дорожила ею! На Сельскохозяйственной выставке в Москве наградили.

- Знаешь, что может быть за укрытие золота? - сказал староста и сделал выразительный жест - петля.

Полицай услужливо подал медаль ефрейтору. Староста убедился, - ну и чертов пройдоха этот Тихон, сквозь стены видит! Под землей найдет!

Ефрейтор бережно протирал медаль пухлыми пальцами, взвешивал на ладони. Для полиции прямая улика. Однако он еще подумает, золото и ему пригодится.

Женщины стояли как вкопанные. Что теперь будет? Тихон скалил зубы, он знает, чем можно Теклю в самое сердце поразить.

Хотя полицаи и нагнали страху на женщин, все же так просто повернуться и уйти из хаты не годится. Видно, та, молодая, не из пугливых, упряма. И собой недурна. Ефрейтор плотоядно улыбнулся, нагайка обвила худенький стан, будто огнем опалила, но молодица превозмогла боль, не вскрикнула, лишь гневно свела брови. Заголосила мать.

Разве так бьют? Тихон докажет, что он не любит с врагами рейха долго разговаривать. Ефрейтор, мол, только пощекотал нагайкой. Тихон схватил ухват, придавил шею упрямицы к стене и начал сапогом бить в живот. Мавра с воплем бросилась к дочери, чтобы закрыть ее своим телом, но та уже сползла на пол - лишилась сознания.

Ефрейтор имел случай убедиться, до чего лют полицай Тихон на расправу, прикончит хоть кого... В хате полно пера, черепков, разбито зеркало, задали хозяевам таску, теперь пора и уходить, теперь душа у полицая спокойна, натешился, да и ефрейтор доволен, кивнул Тихону и старосте, показал на дверь.

Когда полицаи ушли, мать с дочкой стали понемногу приходить в себя. Мавра переродилась. Напускного смирения как не бывало, с сердцем проклинала гитлеровцев и всех их прихвостней. Если бы староста не навел, откуда бы немцы узнали про медаль? Ну, да ладно. За собакой палка не пропадет. Ярыжник. Катюга. Утешала дочь, чтобы не убивалась. Красная Армия отомстит за все надругательства над людьми. Не повредили бы тебе нутро.

Текля кинулась к ребенку, взяла на руки, прижала, словно защитить хотела.

...Хрупкая былинка, не знаешь ты, что вокруг бушуют страсти, гуляют дикие ветры произвола.

И хорошо, что не знаешь...

Мавра приходит к выводу, что гитлеровцы ничего не знают про Мусия Завирюху, - иначе не то бы еще было.

Текля подавлена. Припала головой к колыбели.

21

Проходили через село, Марко раздобыл у бабуси клубок суровых ниток. Поди догадайся, зачем они ему. Раз просит, значит, нужны, не стала допытываться, по лесам мотаются, располосуют одежину, пригодится затянуть. Когда порой раскалывался воздух и немецкие поезда летели под откос - кому могло прийти в голову, что причиной тому послужил клубок суровых ниток.