Читаем Брудершафт с Терминатором полностью

Он лежал на спине, закрыв глаза, и, кажется, дремал. Я потихоньку выбралась из-под одеяла, он на это никак не прореагировал, и я на цыпочках выскользнула из спальни, подхватив с пола полотенце, прошла в ванную, включила душ. Взгляд упал на мое отражение в зеркале, и тут я словно очнулась. «Что я наделала? — пробормотала испуганно. — Зачем? Все бессмысленно. Этот урод, это животное, он даже не думал мне помогать. Я просто дура, что могла поверить в такое». Я глухо застонала, закрываясь рукой от зеркала, мне хотелось умереть, так хотелось, что в тот момент я не думала даже о Сашке. Я пошарила взглядом по полке… Если бы там лежала бритва, я бы, наверное, незамедлительно воспользовалась ею, но тюбик зубной пасты и щетка для самоубийства не годились. Я умылась холодной водой, преодолевая отвращение к себе, подняла взгляд на зеркало и увидела в нем его отражение. Он стоял в дверях и без особого интереса разглядывал меня.

— Двадцать минут на сборы тебе хватит? — спросил он равнодушно.

— Да, — кивнула я. не зная, как расценить его вопрос. Он развернулся и, ни слова больше не сказав, ушел, а я продолжала растерянно стоять в ванной, все мои мысли крутились вокруг его вопроса.

Я вышла из ванной. Алексей был в кухне, я слышала, как он гремит посудой, чувствовала запах кофе. Я была рада, что не увижу его в спальне, и торопливо оделась. Осторожно, стараясь не производить шума, точно индейский разведчик на вражеской территории, я покинула комнату. Теперь в кухне было тихо, а в ванной шумела вода.

Я прошла на кухню. На столе стояла чашка кофе на салфетке, в мойке использованная чашка. Такая забота мало соответствовала характеру хозяина, и я решила, что кофе предназначен не мне, но все-таки выпила его. Затем вымыла обе чашки и нервно вздохнула. Мне хотелось, чтобы он побыстрее покинул ванную, и вместе с тем я очень этого боялась. Наконец дверь распахнулась, и появился Алексей, мокрые волосы, вместо одежды полотенце на бедрах, он скользнул по мне равнодушным взглядом и исчез в спальне. Он вновь показался мне опасным, слишком опасным, чтобы довериться ему хотя бы на мгновение. В том, как он шел, как поводил плечами, было что-то угрожающее и одновременно завораживающее. Такое чувство, должно быть, испытываешь при неожиданной встрече с хищником, сердце замирает, ты стоишь, вытянувшись в струну, и с ужасом ждешь рокового броска. «Все это глупости, — одернула я себя. — Он человек. Малоприятный и, безусловно, опасный, но в остальном обычный человек, а все, что я здесь напридумывала, ерунда. Я просто боюсь, что он сейчас выгонит меня, рассмеявшись вслед». Он появился в кухне, на этот раз одетый.

— Мы сейчас поедем? — робко спросила я.

— Можем и попозже, если ты не торопишься, — усмехнулся он.

— Мы в самом деле поедем за Сашкой? — облизнув губы, осторожно спросила я.

— Конечно. Ты сомневалась?

— Я боялась, что ты меня обманешь.

Он пожал плечами, не желая комментировать мои слова.

Вслед за ним я вышла в прихожую, еще не веря в то, что смогу увидеть Сашку, обнять ее и быть уверенной, что она будет рядом завтра, послезавтра, всегда, но уже простившая человеку рядом с собой недавнее унижение и отвращение. Теперь я чувствовала нечто вроде стыда за то, что могла усомниться в его словах, и, чтобы как-то загладить воображаемую вину, хотела сказать ему что-то дружеское, неважно что, главное, чтобы он почувствовал, что я не считаю его врагом.

Он завязал шнурки на кроссовках и выпрямился, а я, терпеливо ожидая его, перевела взгляд на зеркало и увидела его и свое отражения. В последние дни я выглядела неважно, бледная, с покрасневшими глазами, а сейчас, как ни странно, буквально сияла и сама себе показалась такой красивой, что это было даже неприлично, учитывая обстоятельства. Румянец во всю щеку и горящий взгляд. Я пыталась притушить его, прикрывая веки, но потом мысленно махнула рукой. Если я верну Сашку, все это уже не будет иметь значения… И тут наши взгляды встретились в зеркале, он тоже разглядывал меня, себя или нас обоих… Мы были никуда не годной парой, и соединить нас мог лишь такой невероятный и страшный случай. Только он, и на очень краткий срок. Я подумала об этом, глядя в зеркало, и, видя, как на его губах появляется самая скверная из возможных ухмылок, я поняла: он думал о том же, хуже того, он знал мои мысли, отгадал, как я отгадала его. Он поторопился отвести взгляд, но и без того было ясно: друзьями мы никогда не будем.

Алексей шагнул к двери, словно не замечая меня. Я посторонилась, он вышел, и я пошла следом. Мы спустились вниз. В соседнем дворе на стоянке я заметила джип «Ниссан». Алексей направился к нему.

— Это твой? — не удержавшись, спросила я, потому что его молчание тяготило меня, он не ответил, занял водительское место, а я села рядом.

Алексей завел мотор, как будто забыв о моем существовании, по крайней мере ближайшие полчаса он молчал и даже не смотрел в мою сторону.

Мы покинули город, выехали на объездную и свернули на ближайшем повороте.

— Куда мы едем? — спросила я, внезапно встревожившись.

— Сейчас увидишь.