— Это случайность. Бывает. — Не меньше, чем ее, он желал убедить в этом и самого себя. — Они только так и могут кончить. — Он отвернулся. — Жалкие типы.

Ей было тошно слушать его.

— Тогда брось все это.

Его гневное лицо смягчилось, он коснулся ее щеки.

— Ты хочешь, чтобы я принадлежал одной тебе.

— Я хочу, чтобы ты был жив и здоров, — почти прошептала она.

— Я жив и здоров, — заявил он. — Реакция на ВИЧ — отрицательная, счет в банке, страховка. — И он похлопал себя по карману куртки.

Она собралась было вступить в спор, доказывать, что он себя уродует, но его взгляд, смесь гнева и боли, лишил ее слов.

Она полезла в палатку за сумкой, а когда вернулась, он уже держался как ни в чем не бывало. Здорово он это умеет, подумала она.

— Порядок? — спросил он.

Она кивнула, чувствуя, что проиграла.

— Ты сумасшедший.

— Ты любишь сумасшедших.

На остановке автобуса толпились люди, и они не могли продолжать разговор. Он стоял с непроницаемым лицом, а у нее ныло в груди оттого, что приходится оставлять его. Прежде чем она села в автобус, они поцеловались.

— Я позвоню, хорошо? — сказал он.

По дороге домой она пыталась понять, когда это произошло. Когда они стали заниматься не сексом, а любовью. Ибо, несмотря на все свои сальные шуточки, Нейл был нежен и внимателен к ней. У нее даже промелькнула циничная мысль, что это его богатый опыт дает о себе знать. Но теперь она была уверена, что опыт тут ни при чем. Ты не будешь так ни о ком печься, если тебе все равно.

23

— Мы должны рассказать Биллу.

— Я не могу.

— Но это может быть тот же самый человек! Он может убить Нейла.

— Не говори так!

Рона впервые видела Крисси такой взволнованной. Они обе приехали на работу утром в понедельник. Едва взглянув на серое лицо Крисси, она потащила ее в лаборантскую и заперла дверь.

— Билл — порядочный и опытный полицейский. Он обеспечит Нейлу защиту.

— Нет! — Крисси была непреклонна. — Я обещала, что никому не скажу. — Она едва не плакала. — Зря я тебе проболталась.

Рона взяла Крисси за руку:

— Ты поступила правильно. Как бы то ни было, ты в любом случае смелее меня.

— Почему это?

— У меня есть свои секреты. Я не ездила в Париж с Шоном. Я все это время была здесь.

— А что случилось?

— Я совсем запуталась. Я видела его с женщиной. Я спросила, спит ли он с ней.

— А он что?

— Он ответил, что спит или не спит — не имеет значения.

— Это не значит, что…

— А почему тогда он просто не сказал «нет»?

— Ты бы все равно не поверила.

— И Эдвард…

— Эдвард?

И Рона рассказала ей все.

— Он просил меня помалкивать, потому что у него выборы.

— Мерзавец! А кажется таким обаятельным.

— О да, он еще какой обаятельный, — подтвердила Рона, — пока ты ему уступаешь.

— Надеюсь, ты послала его куда подальше.

— Не совсем. — Рона едва не улыбнулась, глядя на негодующую Крисси. — Я пока не решила. А потом это убийство. У мальчика обнаружили родимое пятно, как у Лайема.

— Боже мой! Ты думаешь?..

И тут Рону прорвало. Она стала рассказывать, что и доктор и сержант, а затем и Билл отметили удивительное сходство между ней и убитым, что родимое пятно находится точно в том же месте, что и у ее сына.

— Ты могла бы сделать анализ собственной ДНК и сравнить…

— Это ведь не так просто, ты знаешь. Как я объясню, зачем мне анализ ДНК?

— И что же ты сделала? — спросила Крисси.

— В то время всем этим занимался Эдвард. Я позвонила ему и сказала, что хочу знать, где наш сын.

— Наверное, он сразу застрелился.

Рона выдавила из себя смешок:

— Он выяснил для меня фамилию приемных родителей Лайема, чтобы доказать, что это другой мальчик.

— На твоем месте я бы рассказала все журналистам. Такая история им пришлась бы по вкусу.

— Я не могла.

— Ты, значит, не могла? Вот и я тоже не могу рассказывать о Нейле.

— Но ведь существует тот, кто его ранил. Что, если это и есть убийца?

— Нейл говорит, что таковы правила игры. Они за это платят.

— Он ничего больше не говорил о том человеке? О его внешности? Упоминал что-нибудь полезное для расследования?

— Нет. Только что у того типа есть деньги. Когда я попросила его обратиться в полицию, Нейл ответил, что такому, как он, в полиции не поверят.

Весь день Рона исследовала волокна, найденные на джинсах, а Крисси тем временем занималась шторой, где могли обнаружиться следы предыдущего преступления.

Надежда очень слабая, объясняла она Крисси, но если убийца не в первый раз использовал эту штору, то для расследования это шанс. Если структура ДНК первой жертвы совпадет со структурой образчиков, взятых со шторы — кричи ура.

Под микроскопом стало видно, что волокна с джинсов — разнотипные. Легко определилась синяя шерсть. Чтобы установить тип красителя, требовалась спектрометрия или хроматография. Остальные волокна тоже оказались натуральными, но они были шелковые, в то время как убитый был одет в джинсы и футболку из хлопка.

Рона подняла голову от микроскопа, мысленно рисуя себе портрет убийцы.