По всем отзывам, Джеми Фентон был хорошим студентом еще за две недели до смерти. Он жил в новом общежитии Далримпл-холл, построенном при помощи щедрого сэра Джеймса Далримпла. Педофилы могли добраться до невинных созданий через сеть, но компьютерный отдел полиции Глазго заверил его, что контролирует все провайдерские конторы на предмет предоставления этих самых «сомнительных услуг».

Миссис Фентон сказала, что компьютер был Джеми не по карману. Он получал стипендию и еще взял студенческий кредит, а она не могла поддерживать его.

Когда Билл упомянул о сексе, миссис Фентон страшно взволновалась. Ее сын был нормальный, заявила она. У него была подруга в Манчестере, хорошая девочка, они встречались, когда он приезжал домой.

От его однокашников тоже не удалось получить никаких ценных сведений. Джеми был нелюдим и проводил все свободное время в компьютерном классе. Он вечно сидел на мели. Пытался занять денег, чтобы дотянуть до конца семестра. Теперь студентам приходится туже, понял Билл, чем в его времена.

Он встал и сполоснул чашку под краном. Взошедшее солнце напомнило ему, что он обещал Маргарет подстричь траву. Мальчик-почтальон тормознул велосипед и, насвистывая, побежал по дорожке к дому. Билл подобрал газету с пола в прихожей и развернул ее на кухонном столе. Последнее, что он ожидал там найти, — это свое вывернутое наизнанку расследование.

Трубку сняла Хелен Коннелли.

— Хелен? Это Билл. Извини за ранний звонок. Джим дома?

— Он еще спит, Билл. Вчера он вернулся очень поздно. Что-то случилось. Из-за этого задержали утренний выпуск.

Билл с трудом подавал желание выругаться. Хелен не виновата, что ей попался идиот вместо мужа.

— Я могла бы разбудить его, если это так важно.

— Важно.

— Хорошо.

Слышно было, как она несет телефон наверх и расталкивает Джима. Прозвучало его имя, и Джим пробормотал: «мать твою».

— Привет, Билл, — раздался в трубке бодрый и веселый голос. — Рано же ты встаешь.

— За каким чертом ты выложил эту историю?

После паузы Джим прокашлялся.

— Но там все правда, — уперся он. — Мы получили информацию из надежного источника…

— Я знаю, что правда.

— Ну… так в чем дело?

— Дело в том, — Билл глубоко вздохнул, — что благодаря тебе эти люди узнали, что мы их ищем. Чем, по-твоему, они сейчас занимаются? — И, не дожидаясь ответа, он рявкнул: — Сейчас они заметают следы, удаляя всю порнографию со своих сайтов.

— Вот как.

— И это все, что ты можешь сказать?

— Вчера мне позвонили. Источник был надежный, и мы вставили информацию в номер.

— Вставили в номер! А кто-то где-то там прямо сейчас вставляет малолеткам! — Голос Билла дрожал от гнева.

— Мой долг — печатать правду.

— Правду… — Билл перевел дыхание. — Ты запорол мне расследование — вот это правда!

Новость долетела до полиции прежде, чем Билл приехал в офис. Уже звонила женщина из университета, желая знать, кто разгласил сведения, которые с таким трудом собирались в течение трех месяцев. Она была вне себя, — сказала Дженис. Вся их работа теперь пошла насмарку.

Он с мазохистским упоением развернул на столе газету.

Глазго в сетях педофилов!

Джим Коннелли был большой мастер сочинять заголовки.

14

Крисси скучала по Роне. Тони — хороший парень, но в конце концов надоедает слушать басни о подвигах и кутежах отпускников в Мексике, особенно если тебе самой не светит побывать дальше ближайшего мексиканского ресторана «Амигос».

Перемена погоды взбудоражила ее. Парк внизу был полон студентов, которые, развалившись на траве под солнцем, слушали музыку или зубрили к экзаменам все, что не выучили за весь год. Ей захотелось вернуться туда, где приходилось беспокоиться только о том, чего бы перекусить, да еще о том, чтобы хоть половина из повторенного материала попалась в экзаменационном тесте.

Утром позвонил Нейл. Деньги пока еще есть, сообщил он, и удалось кое-что выяснить. Она рассмеялась, потому что не поверила, что он не истратил всех денег, и оттого, что нервничала, говоря с ним. По телефону его голос звучал моложе, и он говорил, как образованный, и даже не ругался. Он спросил, не встретится ли она с ним в парке, во время перерыва.

Крисси взглянула на часы. Час дня, а сделать она успела даже меньше, чем Тони, который уже смылся и уплетал ланч в компании официантки из «Амигос». Он всерьез увлекся этой мексиканкой.

Крисси сказала дежурному, что уходит и вернется через час.

Нейл ждал ее, сидя на скамейке у эстрады. Он помахал ей двумя бумажными пакетами с эмблемой «Маккейз Бейкерс» на боку.

— Шотландские пирожки и пончики, — ухмыльнулся он.

— Замечательно.

— И еще… — Он вытащил из кармана бутылку. — Водка с апельсиновым соком. Свежий апельсиновый сок, заметь. Не какая-нибудь разбавленная туфта. — Он засмеялся.

У него была смуглая кожа, синие глаза и черные ресницы. Неудивительно, что он нравился старикам. Такой бы любому понравился.

Он жевал пирог, то и дело протягивая бутылку Крисси, обтерев прежде горлышко рукавом. На нем была белая футболка, и она увидела, что шея зажила.