Читаем Бредень полностью

Одеваясь, он слышал, как Маргарет отдает последние указания кому-то из детей, тому, кто оставался вечером дома. В ответ раздался протяжный звук, напоминающий стон. По-видимому, ее речь пришлась слушателю не по вкусу. Она вошла в тот момент, когда он заканчивал повязывать галстук.

— Готов?

Он кивнул.

— Я тоже. Джим и Хелен приедут за нами с минуты на минуту.

Он недоуменно поднял брови, но она пока была не в настроении шутить.

— Скажи спасибо, что тебе не придется вести машину, — ответила она. — По крайней мере, сможешь хоть раз выпить и расслабиться.

Когда они шли по садовой дорожке к калитке, подъехала машина. Билл не удивился, увидав за рулем Хелен. Джим Коннелли был не из тех мужчин, что готовы отказаться от выпивки, ради того чтобы вывести жену в свет.

Хелен улыбалась, но вид у нее был слегка озабоченный.

— Мы боялись, как бы вы не передумали в последнюю минуту.

— Все от него зависит. — Маргарет сжала руку мужа, и ему внезапно захотелось поехать в ресторан без Коннелли. Они с женой так давно не сиживали вдвоем за ужином, спокойно беседуя. Он влез на заднее сиденье рядом с ней, взял ее за руку, и она улыбнулась ему. Ладно уж, ради нее он постарается.

— Ну, Билл? Как продвигается расследование убийства? — Коннелли обернулся и посмотрел на него.

Парень уже набрался, решил Билл. Пылающее лицо, подозрительно громкий голос. Маргарет говорила, что Коннелли в последнее время пытается завязать. Хелен беспокоило, что ее муж так много работает и пьет. А он и не догадывается, как ему повезло, думал Билл. В университете она могла бы выбрать себе мужа и поприличней.

Хелен улыбнулась ему в зеркало, и ему стало стыдно. В конце концов, разве Маргарет не рассказывала, что Хелен и Джим счастливы вместе? Маргарет и Хелен дружили со студенческих дней. Потом они несколько лет вместе работали в одной начальной школе, пока Маргарет не уволилась, чтобы завести детей. У Хелен детей не было. Может быть, в этом-то и заключалась проблема. Если вдуматься, Коннелли относился к каждой своей статье в газете словно к ребенку. Своему собственному. Человек просто не умел идти на компромисс. Как и он сам.

— Это ты мне должен рассказать, как оно продвигается, — засмеялся Билл, словно ему и в самом деле было очень весело. — Всем известно, что «Ньюс» всегда сообщают больше, чем знаем мы.

— Верно, — усмехнулся Коннелли. — Кстати, о том парне, владельце квартиры, где нашли мальчика. Пару лет назад мы нарыли о нем кое-что. Доказательств у нас не было, так что материал хода не получил.

— Вот как? — Билл старался не выдавать заинтересованности голосом. Чего у Коннелли не отнять, так это умения добывать информацию. На информацию у него был нюх, как у хорька, и ему принадлежала заслуга изобличения нескольких криминальных дельцов. Билл знал его еще по университету, когда Коннелли наводнял страницы университетской газеты статьями о вымогателях-домовладельцах и аферах со студенческими стипендиями. Его чутье проявлялось уже тогда. Его оригинальные методы работы у многих вызывали раздражение, однако нельзя было отрицать, что пользу он приносит.

— Я перешлю тебе эти сведения, если хочешь, — предложил Коннелли, — без указания на источник, разумеется.

— Конечно.

Билл не собирался глотать наживку. С улыбкой он обернулся к Маргарет. Если вечер не задастся, то не по его вине.

А Коннелли все не унимался.

— Сейчас я работаю над одной статьей, которая может тебя заинтересовать.

— Да ну? — Билл был почти уверен, что подлец уже мысленно облизывается.

— Про масонов и полицию.

Билл с трудом сдерживал раздражение. Это было последнее, о чем ему хотелось слышать, пусть даже его начальник был масоном.

— Что толку обсуждать со мной эту тему, Джим? Масоны не принимают к себе католиков, хоть плохих, хоть хороших, все равно.

Маргарет толкнула его в бок.

— Хватит! — в отчаянии вскричала Хелен. — Неужели вам не о чем поговорить друг с другом, кроме как о работе?

Нет, с грустью подумал Билл, в том-то все и дело.

К тому времени, когда они приехали в итальянский ресторан, Джим Коннелли успел окончательно ему надоесть. Сегодняшний вечер был посвящен обсуждению масонов, тому, как они проникают в полицию и растлевают ее, хотел Билл того или нет.

Но зато еда была вкусной и женщины, по крайней мере, не болтали чепухи. Когда подали кофе, обстановка переменилась к худшему. Маргарет и Хелен отправились в туалет, предоставив Биллу самому защищать честь полицейского мундира.

— Теперь ты понимаешь, Билл, — на полном серьезе говорил Коннелли, а Билл тем временем размышлял, выкидывают ли слишком нервных клиентов из итальянского ресторана на Сочихолл-стрит. — Они повсюду, — заявил Коннелли и огляделся. — У них все схвачено. — Он ткнул указательным пальцем в стол, потом в Билла. — И в вашей конторе тоже.